Г-жа Виньеронъ. Никто тебя не проситъ дѣлать сложеніе. Тебя просятъ только не уходить, принимать участіе въ общемъ дѣлѣ, помочь совѣтомъ, высказать свое мнѣніе.
Юдиѳь. Мое мнѣніе... Вамъ оно извѣстно. По моему, ничего мы не сдѣлаемъ, да и дѣлать нечего.
Г-жа Виньеронъ. Однако... если насъ обкрадываютъ.
Юдиѳь. Ну, что жъ! И будутъ обкрадывать. Ни я, ни ты не въ силахъ помѣшать. Да и Маша тоже не можетъ. Они должны теперь видѣть ясно, что мы только можемъ выиграть время... По моему, въ тысячу разъ лучше покончить завтра же и довольствоваться тѣмъ, что намъ даютъ... Хорошо еще, что хоть что нибудь даютъ. Покончивъ съ заботами о прошломъ, мы можемъ тогда подумать и о будущемъ.
Г-жа Виньеронъ. Ты очень легко говоришь о будущемъ.
Юдиѳь. Оно меня занимаетъ, но не пугаетъ. Кого можно пожалѣть болѣе всѣхъ -- такъ это Бланшъ; она теряетъ мужа, который ей нравился.
Г-жа Виньеронъ. Въ какихъ нибудь пять минутъ ты наговорила тьму глупостей. Сначала меня оскорбила, потомъ обезкуражила одну изъ своихъ сестеръ и довела до слезъ другую.
Юдиѳь (къ Бланшъ). Ты на меня сердишься?
Бланшъ. Нѣтъ, я не сержусь на тебя. Ты не знаешь Жоржа, потому такъ и говоришь. Правда, я была бы очень счастлива принести ему приданое; но приданаго теперь нѣтъ; тѣмъ не менѣе Жоржъ меня любитъ и попрежнему готовъ на мнѣ жениться. Препятствія являются со стороны его матери. Но какая же мать не сдастся рано или поздно -- и мадамъ де Сенъ-Жени поступитъ, какъ всѣ другіе... (Мѣняя тонъ). Она увидитъ, что благоразумнѣе согласиться на нашъ бракъ, тѣмъ болѣе, что мы можемъ обойтись и безъ ея согласія. Ты права, сестрица, говоря, что мы не достаточно серьезно защищаемъ свои интересы. Но рѣшимость, какой намъ не хватаетъ въ нашихъ дѣлахъ, повѣрь, у меня найдется для брака.
Г-жа Виньеронъ. Ахъ, дѣти, я васъ не понимаю. Вы все говорите о рѣшимости -- и только говорите. Слова, и больше ничего. Ну, а попробуй предложить вамъ дѣйствовать -- вы тотчасъ на попятный дворъ. Скажите пожалуйста, желаете ли избавиться отъ Бурдона и замѣнить его?