ЭЛИКО. Да есть отъ чего струсить, вѣдь въ рогъ-то входитъ двѣ бутылки вина.
ГЕХИМЪ. А ты и безъ того на полпути къ опьяненію! да вотъ посмотри, Іозепа хмель разобралъ совсѣмъ! онъ лежитъ безъ чувствъ.
ЭЛИКО, (вставая). Приказаніе тулумбаша должно быть свято, и потому мы выпиваемъ эти рога и просимъ покорно, чтобы болѣе пить намъ не приказывалъ.
ГЕХИМЪ. Въ-самомъ-дѣлѣ, надо сжалиться надъ нами, едвали половина изъ насъ добредетъ порядкомъ до дому, а съ Леваномъ въ питьѣ врядъ ли кто можетъ тягаться.
ЛЕВАНЪ. И такъ, нынѣшняя пирушка кончилась, и я слагаю съ себя званіе вашего начальника, вашего тулумбаша.
НѢКОТОРЫЕ. Не надолго, до первой пирушки, а мы, кажется, нерѣдко пируемъ!
(Въ продолженіе этого разговора, пирующіе расходятся; на сценѣ остаются Леванъ, Вахтангъ, и нѣсколько спящихъ).
ЯВЛЕНІЕ VI.
Леванъ, Вахтангъ.
ЛЕВАНЪ. Какъ странно, я думаю, тебѣ, Вахтангъ, смотрѣть на эту толпу бѣснующихся, пьяницъ и на принимать участія въ рхъ пированіи.