ВАХТАНГЪ. Купи!-- Еслибъ весь міръ обратить въ груды золота, то и тогда плата еще будетъ мала и тогда не купить.
ЛЕВАНЪ. И ты неупотреблялъ никакихъ средствъ?
ВАХТАНГЪ. Я хотѣлъ подкупить ея мать чрезъ старуху Марту, она -- армянка, думалъ я, бѣдна, любитъ золото -- и то не удалось.
ЛЕВАНЪ. Чтожъ, украдь, увези, вотъ тебѣ рука моя -- помогу во всемъ.
ВАХТАНГЪ. Принимаю, Леванъ, твое обѣщаніе, принимаю его, потому-что увѣренъ въ тебѣ и потому что это -- единственное средство.-- Слушай! я былъ у нея, я видѣлъ ее, я говорилъ ей про мою любовь.
ЛЕВАНЪ. Что же она тебѣ отвѣчала?
ВАХТАНГЪ. Кровь стынетъ въ жилахъ: Леванъ, она призналась, что не можетъ любить меня,-- что она любитъ Гиго... Да развѣ онъ -- избранникъ неба? развѣ онъ родился подъ благодатною звѣздою, что безъ слезъ, безъ страданій, безъ мученій можетъ овладѣть божествомъ, по которому я страдаю, плачу, мучусь, за которое готовъ принесть судьбѣ дорогой выкупъ? О! если такъ, пусть же и онъ почувствуетъ, что я чувствую; пусть этотъ адъ, который бунтуетъ у меня въ душу перейдетъ и въ его душу! Леванъ, я далъ клятву, что Майко будетъ моею, а Вахтангъ умѣетъ сдерживать свои клятвы и рано ли, поздно ли... (входитъ Марта).
ЯВЛЕНІЕ VII.
Прежніе и Марта.
МАРТА. Да будетъ миръ о радость надъ тобою, князь Вахтангъ! Я искала тебя.