ГИГО. Я поклялся прахомъ моего отца и гробомъ матери потребовать у тебя отчета, за чѣмъ ты оклеветалъ Майко?.. Да, ты оклеветалъ ее -- я это знаю, Вахтангъ. Я поклялся вырвать у тебя признаніе, хотя бы для этого надо было вырвать твое сердце!
ВАХТАНГЪ. Меня сейчасъ будутъ судить, и я подвергнусь наказанію, которое мнѣ назначатъ.
ГИГО. Наказанію, которое назначаютъ клеветникамъ.
ВАХТАНГЪ. Не клеветникамъ: я сказалъ правду.
ГИГО. Это не правда! этого быть не можетъ!
ВАХТАНГЪ. Подожди нѣсколько минутъ и ты услышишь, какъ, въ присутствіи всѣхъ людей, я повторю тоже самое и скажу, что твоя невѣста была моею любовницей.
ГИГО. Ты лжешь, Вахтангъ! Не знаю какой демонъ внушилъ тебѣ адскую мысль опозорить имя Майко, во знаю только то, что она невинна.
ВАХТАНГЪ. Ты это знаешь, кчему же спрашивать? останься при своей увѣренности.
ГИГО. Да, я увѣренъ, что она невинна.
ВАХТАНГЪ. Вѣрь ей! вѣрь! она не обманетъ тебя!-- Женщины необманчивы, какъ поверхность моря; да и какъ не вѣрить?-- Вѣдь я вѣрилъ ей, когда прильнувъ къ моей груди и цѣлуя меня, она говорила: я люблю тебя, Вахтангъ, я твоя!