Как любят женщины? Москва. В тип. Лазаревых института восточных языков. 1839. В 12-ю д. л. В 1-й части 192, во II-й -- 205, в III-й -- 166 стр.1
Поздравляем русскую литературу: наконец, она дождалась для себя своего Бальзака! Неизвестный автор романа "Как любят женщины?" решительно наш, т. е. российский Бальзак! Не верите?.. Постойте: в чем состоит сущность знаменитого и талантливого французского новеллиста?-- Он мастерски изображает современное, по преимуществу светское общество и разоблачает перед нами тайну женщины --не так ли?-- Если вы не согласитесь, мы не станем и спорить с вами, вам же хуже,-- хуже и потому, что вы не понимаете Бальзака, и еще более потому, что мы не станем с вами спорить. Как хотите, а для нас Бальзак -- живописец современного светского общества и женщины: это его вечный предмет, его цель, в этом его значение и сущность. Неизвестный автор романа "Как любят женщины?" тоже живописец современного светского общества и женщины. Первое он вам представляет, вторую -- анализирует, анатомирует, не оставляет в тени ни малейшего уголка ее сердца, ни малейшего сгиба ее души. А талант, с каким он всё это делает,-- о, талантом он несравненно выше Бальзака!.. Что я говорю выше: он решительно убивает, уничтожает бедного Бальзака. Хотите доказательств?-- Извольте, вот они. Сперва о первой стороне, т. е. о верном изображении современного светского общества.
Прежде, нежели мы будем показывать и доказывать вам сходство сего неизвестного автора с Бальзаком, мы должны показать его несходство с ним. Герои Бальзака -- все французы; герои нашего Бальзака не принадлежат ни к какой нации. Называются они Генрихами, Этьенами, Кларами и некоторые Лизаньками и Катеньками; но имена эти ничего не значат, потому что место действия происходит на воздухе; лица героинь и героев -- воздушные, смысл речей их так же неуловим, как воздух; любовь их тоже воздушная. Это оттого, что наш Бальзак -- писатель идеальный до того, что для него и облака были бы слишком вещественны, слишком грубы. В этом и состоит его резкое отличие от французского Бальзака, а во всем остальном он похож на него, как две капли воды. Итак, о сходствах. Слушайте:
Генриху хотелось поговорить с Линской хоть об чем-нибудь. Счастливый случай помог ему в этом. Линская сама начала разговор с ним. Она видела, что глаза Генриха, казалось, прилипли к ней (глаза прилипли -- какой поэтический образ!), и, бросивши несколько проницательных взглядов, она сказала ему:
-- Не чуждайтесь нас; не верьте тем, которые станут уверять, что мы, женщины, кусаемся.
И она показала ему на стул, стоявший подле нее. Генрих сел.
-- Вам, верно, было скучно; вы всё сидели одни,-- продолжала она.
-- Я блаженствовал,-- отвечал Генрих.
-- О, так вы поэт! -- отвечала она.
Разговор с женщиной, и не так счастливо начавшийся, всегда обратится к одному полюсу -- к чувствам. Начните разговор ваш хоть с политики мароккского императора, хоть от заморозков Сибири, хоть о физиономии чуваша,-- вы везде найдете место уронить несколько слов о сердце,-- как будто его мароккское величество страдает от любви, как будто заморозки Сибири греют ваши чувства, как будто чуваш прочитал Платона. Притом какой женщине не приятно видеть, что она ослепила человека сиянием красоты своей -- она должна же вывести его из этого мрака.