Подошелъ къ нимъ священникъ смиренный,
Лживый жрецъ со святыней креста,
Рабъ трусливый въ одеждѣ священной
Продающій завѣты Христа.
Представитель любви лицемѣрной
И служитель могучаго зла...
Онъ казался насмѣшкой безмѣрной --
Та насмѣшка позорна была.
И съ глубокимъ нѣмымъ сожалѣньемъ
Шмидтъ глаза передъ нимъ опустилъ...