Всѣхъ враговъ онъ простилъ съ умиленіемъ
И -- священника тоже простилъ.
Все, что сдѣлала темная злоба,
Онъ простилъ на святомъ рубежѣ.
А четыре привезенныхъ гроба
Передъ ними стояли уже...
Всѣ четыре открыты, готовы..
Шмидтъ не могъ отвести своихъ глазъ
Въ каждый новенькій ящикъ сосновый
Люди, четверо, лягутъ сейчасъ.