-- Въ карцеръ его, канналью!
Арестанты боялись взгляда его и мчались со всѣхъ ногъ при одномъ его появленіи.
Однажды полиціймейстеръ, почти ежедневно посѣщавшій тюрьму, явился внезапно въ неназначенный часъ; арестанты не были заперты и со всѣхъ сторонъ окружили начальника города, излагая свои просьбы. Смотритель скрежеталъ зубами, сжималъ кулаки, махалъ головою, кривилъ физіономію, но ничего не могъ подѣлать. Тактика запирать арестантовъ при посѣщеніи начальства, въ видахъ охраненія собственной персоны, была случайно нарушена, и хотя арестанты даже не жаловались на ихъ мучителя, а только спрашивали "по своимъ дѣламъ", но всѣ говорившіе съ полиціймейстеромъ были засажены въ карцеръ, а сторожа выруганы самыми послѣдними словами.
При этомъ же -- нѣ произошелъ и бунтъ.
Нужно замѣтить, что насколько Z--ій часто посѣщалъ тюрьму, настолько -- въ почти не бывалъ въ ней и только кой-когда "заглядывалъ", какъ говорится. Но за то самъ Юпитеръ не былъ такъ грозенъ, какъ этотъ тюремный божокъ; онъ металъ изъ глазъ молніи, абсолютно не обращая вниманія ни на чьи слова, и направо, и налѣво, рѣшительно за все, сыпалъ: "въ карцеръ его!"
Вообще, этотъ смотритель очень многимъ отличался отъ перваго даже въ обыденной жизни. Насколько первый былъ Плюшкинъ, настолько послѣдній отличался широкою натурою и на тюремные доходы игралъ въ карты, кутилъ и тратился на женскій полъ. Авакумъ пріобрѣлъ при немъ страшныя полномочія и возвысилъ своихъ друзей, такъ какъ самъ Юпитеръ считалъ слишкомъ низкимъ вникать въ тюремныя дѣла.
Арестантскій "староста", котораго избрали сами же арестанты и могли, по закону, смѣнить его во всякое время, началъ положительно обирать своихъ товарищей, не обращая вниманія на протесты. Поэтому, когда смотритель запретилъ избирать новаго старосту, поднялся бунтъ, представителями котораго явились Петровъ и Ивановъ.
Петровъ и Ивановъ сидѣли за очень ловкую кражу часовъ и драгоцѣнныхъ вещей на нѣсколько тысячъ у извѣстнаго и богатаго губернскаго часового мастера; оба они были люди нетолько граматные, но и начитанные, причемъ Петрова можно было назвать человѣкомъ даже "образованнымъ".
Агитацію Петровъ и Ивановъ повели чрезвычайно умно, наглядно, посредствомъ фактовъ, доказывая всю подлость "старосты" и его мошенническія продѣлки. Съ каждымъ днемъ они пріобрѣтали все большую и большую партію, [которая разбивалась на кружки и ораторствовала то громко, то потихоньку.
Небольшая партія "старосты" и Авакума искоса поглядывала на эти тайныя сообщества, и уже нѣсколько доносовъ было отправлено по адресу, по начальство молчало, "ожидая поступковъ".