-- Брать съ урядниковъ по тридцати цѣлковыхъ за аммуницію, на сотни-тысячъ продавать казеннаго сукна -- вотъ слова, которыми генералъ встрѣтилъ своего подчиненнаго, (генералъ въ азартѣ не задумывался надъ цифрами; онѣ выростали у него до невѣроятныхъ размѣровъ).-- Ваше Превосходительство! Невиненъ, ей-Богу не знаю, о чемъ изволите говорить; -- шепталъ расходчикъ, по видимому сильно струсившій, но въ сущности довольно спокойный -- ибо хорошо зналъ привычку его превосходительства говорить иногда гиперболически.-- А торги съ урядниками при выдачѣ имъ обмундировки, а не выдача аммуниціи Засыпкину -- развѣ все это не правда,-- продолжалъ генералъ.
-- Никакихъ торговъ, ваше превосходительство, съ урядниками у меня не бываетъ,-- отвѣчалъ плутоватый расходчикъ болѣе смѣлымъ голосомъ,-- въ доказательство чего я представлю вашему превосходительству росписку Засыпкина въ полученіи имъ въ нынѣшнемъ году всей аммуниціи.
-- Росписку!-- возразилъ генералъ съ какимъ-то недоумѣніемъ и видимо растерявшись,-- неся росписку, а не то,-- прибавилъ онъ, погрозивъ пальцемъ,-- живаго въ землю зарою.
Расходчикъ, прямо отъ генерала, отправился къ правителю дѣлъ, которому таинственно шепнулъ что-то на-ухо и, получивъ отъ него одобрительный кивокъ головой, отправился на гауптвахту, гдѣ пробрался прямо къ нашему бѣдному Павлу Ивановичу.
Павелъ Ивановичъ лежалъ на лавкѣ. Онъ страшно похудѣлъ, позеленѣлъ, такъ-что не было возможности узнать его съ перваго взгляда. При входѣ расходчика онъ немедленно вскочилъ на ноги.
-- Послушай, Засыпкинъ,-- сказалъ послѣдній вкрадчивымъ голосомъ и съ какою-то особенною ласкою, такъ-мало свойственною его природѣ.-- Прежде всего слушай въ оба: толковать долго некогда. Не забудь это. Хочешь благополучно кончить свою исторію. Да или нѣтъ?
Молодой человѣкъ -- видимо растерялся; что-то похожее на радость блеснуло въ глазахъ его. Наконецъ онъ отвѣтилъ едва слышно: -- какъ не хотѣть, Андрей Ивановичъ!
-- Ну, коли хочешь,-- продолжалъ маленькій расходчикъ,-- то давай росписку, что получилъ всю аммуницію сполна, тогда я и правитель дѣлъ примемся хлопотать за и все порѣшится благополучно, а если нѣтъ, то надѣвай сѣры! армякъ.
-- Какъ-же я, Андрей Ивановичъ, дамъ росписку,-- едва слышно проговорилъ урядникъ,-- коли не получалъ шинель.
-- Слушай, Павлушка,-- закричалъ Андрей Ивановичъ:-- не финьти, дьяволъ ты едакой! Время идетъ. Тебѣ дѣло говорятъ.