Абиссиния, или Хабеш, некогда играла довольно видную роль в истории Африки. По всей вероятности, так иди иначе ей опять придется выступить на политическую сцену, если судить по тому насколько она уже теперь останавливает на себе внимание политического мира. В виду этого, интересно познакомиться с ее географическим положением, физическими богатствами, некоторыми этнографическими и бытовыми особенностями ее обитателей.
Абиссиния находится на восточном берегу Африки и почти прилегает к Красному Морю в его юго-западном углу, против Дахлакского архипелага, состоящего из маленьких и низеньких островов. Она занимает со всех сторон круто обрывающееся плоскогорье в среднем от 6 до 7 тысяч футов выше уровня моря. Это плоскогорье состоит из многих равнин, то богатых лесом, то безлесных, но всегда покрытых богатыми травами. Попадаются возвышенности достигающие 8 и даже 10 тысяч футов. Между этими возвышенностями встречаются совершенно плоские плато, хорошо орошенные и покрытые прекрасною растительностью. Эти же плато, в случае войны с соседями (что часто случается в тех местах), служить естественными крепостями для занимающих их жителей. Дорог в нашем смысле в Абиссинии нет, а есть только редко попадающиеся тропинки, часто идущие уступами и, конечно, едва удобные для верховой езды и караванного движения. О колесной езде в Абиссинии, разумеется, и речи быть не может, когда даже в бесспорно более культурной стране, как Персия, колесное сообщение впервые введено всего несколько лет тому назад и совершается лишь на нескольких стах верстах. Даже самое слово колесо отсутствует в абиссинском языке. Сравнительно, самая торная дорога есть та которая ведет из Массовы в центр Абиссинии. Кроме того, есть и другие тракты с горными проходами, например, тракт чрез Буагит переходит даже за снеговую линию. Большая часть Абиссинии покрыта девственными первобытными лесами, в которые еще не ступала нога человека и ни до чего не дотрогивалась всесокрушающая рука его, движимая ненасытною алчностью наживы. Здесь водятся во множестве и бродят целыми стадами слоны, составляя приманчивый предмет охоты из-за ценной слоновой кости. Есть кабаны, тоже бродящие стадами. Множество хищников кошачьей породы: от царственного льва, раз на всегда занявшего для себя известные места, до тигра, леопарда, пантеры и мелкого барса. Змеи громадных размеров до боа включительно, который там держится наверно несколько иначе чем в наших зоологических садах и аквариях. Там встречается и такое явление какого не описывалось даже и Меин-Ридом: на запад от Гондара, то есть в области знаменитого озера Цана, попадаются целые стада диких быков, которые опаснее хищных зверей, потому что сами нападают на человека. Это конечно в сильной степени свидетельствует о дикости самой страны и малом участии человека в культивировании ее. Едва ли нужно говорить о богатстве растительности абиссинских лесов: за льянами и другими ползучими растениями переплетающими все что только попадается на встречу, растет банан, финиковая пальма, ананас, кофейное дерево, превосходный плод которого по достоинству не уступает моккскому, рощи всевозможных сортов лимонов, апельсинов и мандаринов, а в этих рощах целые мириады обезьян, прыгающих с дерева на дерево с самыми разнообразными криками. По берегам рек, речек и озер растут гигантский сахарный тростник и другие растения самых разнообразных видов. Само собой понятно как при подобной растительности должно быть богато царство пернатых. Попугаи всевозможных сортов, белые фазаны, цецарки, дикие куры, мириады уток, певчие голуби, дикие страусы, держащиеся стадами в ровных долинах, орлы, из которых замечателен встречающийся только в Абиссинии золотой орел; в долинах же встречаются венценосцы, в роде наших драхв, замечательные тем что у них на голове густой серый венец с золотыми перышками, который раззевается при движении этих птиц. Венценосцы составляют любимый предмет охоты для леопардов. Кроме того, есть еще всевозможные виды птиц от громадных до птицы-мухи (колибри) включительно. Вообще в абиссинских лесах встречается такое невероятное множество дичи что человеку наших стран трудно себе и представить. Если иметь с собой достаточное количество охотничьих припасов, то можно целые годы безо всякого труда питаться ею и никогда не нуждаться в пище. Надо прибавить что Абиссинцы совсем не едят дичи и, следовательно, не бьют ее. Насколько внутренность Абиссинского плоскогорья богата водой, растительностью и животными, настолько плоское побережье Красного Моря безводно, пустынно и бедно во всех отношениях. Это мертвая земля и совершеннейший контраст центральной Абиссинии.
Абиссиния вообще богата водой. Целая масса рек и ручьев с замечательно быстрым течением изобилуют водой во время периодических дождей и быстро мелеют в другое время. Нужно ли говорить что в такой гористой стране реки по большой части с порогами? Есть также озера, из которых самое замечательное озеро Цан, в трех днях пути от Гондара, девять миль в длину и от двух до семи в ширину. Оно единственное из озер Абиссинии в котором не водятся крокодилы, по причине его сравнительно холодной воды; за то гиппопотамы целыми стадами занимают его берега и большую часть дня находятся в освежающей их воде. Из Цана вытекает Голубой Нил, правый приток самого старика Нила.
Почти экваториальное положение страны и разнообразие ее строения заставляют, конечно, предполагать и разнообразие климата. Вследствие значительной возвышенности Абиссинии, ее климат вообще умеренный и приятный, а в зимнее время в некоторых высоких, горных пунктах бывает даже очень холодный. В среднему, температура Абиссинии не падает ниже 17° и не поднимается выше 37°, за то летняя жаре на побережьи Красного Моря, например в Macсове, доходить до 53°, а в Таджуре до 60°! Абиссинцы избегают этого побережья, не перенося такой температуры.
Что касается самого Абиссинского народа, т.е. относительно его происхождения нет точных данных.. Некоторые полагают что вследствие каких-то причин из Аравии вышло одно арабское племя, перешло на западный берег Красного Моря, вдалось внутрь настоящей Абиссинии и подчинило себе низшие туземные племена. Едва ли это впрочем так. Есть предания что Магомед послал в Абиссинию 120 арабских семейств, с тем чтоб они обращали туземцев в мусульманство. Потомки этих Арабов будто бы нынешние Галлаи, действительно исповедующие ислам. Допустим что это придание вероятно, то оно относится к началу VII, века, тогда как мы знаем что уже в начале III века между Абиссинцами распространялось христианство. Об этом, впрочем, мы еще скажем несколько слов в политической истории Абиссинии. Замечательно что преобладающий среди Абиссинцев тип, особенно среди господствующего класса, чисто кавказский; при среднем росте (Только Гаджамцы составляют поразительное исключение, потому что встретить между ними человека в сажень ростом вовсе не редкость, и их женщины ростом не уступают мущинам.) и довольно тонкой стройной фигуре (толстяков в Абиссинии нет), продолговатое лицо с прямым острым носом, живыми выразительными глазами, правильным, довольно большом ртом, тонкими губами и замечательно белыми и ровными зубами. Что касается волос на голове, то по большей части их бреют; только убивший льва, мусульманина или Иаглиза (Англичанина) заплетает себе косички из волос. Женщины до десяти лет бреют всю голову, оставляя только вокруг ее бахромку из волос; от десяти лет до первого ребенка бреют маковку, а после ребенка запускают все волосы. В некоторых провинциях Абиссинии, эти черты сменяются жесткими волосами, изогнутым носом и даже толстыми губами, что прямо указываешь на примесь негритянской крови. Это и неудивительно, благодаря существовавшей тысячи лет торговле невольниками. Этим, конечно, объясняется и разность в оттенках цвета кожи от почти белого до совершенно черного.
Всего населения в Абиссинии считается от 10 до 12 миллионов. Оно живет в деревнях и городах. Деревни состоят из лачуг крытых соломой, а в городах есть даже низкие двухэтажные каменные дома и обыкновенно много церквей и монастырей. Главным средством жизни для туземцев служит земледелие: сеют пшеницу, даже рожь, кукурузу, хлопчатник, табак и проч. В год получают две жатвы. В городах каждую неделю бывает один базарный день, например, в Адуи суббота, в Аксуме, в трех часах расстояния от Адуи, пятница, в Гондаре -- Четверг. Окрестные жители привозят на базар: перец, хлеб, муку пшеничную и расовую, стоящую на наши деньги 15 коп. за пуд. Пригоняется также скот, стоящий на наши деньги баснословно дешево: например, корова от 3 до 5 рублей, бык рублей 5, и за 5 же рублей можно купить очень порядочную лошадь, а за 10 уже совсем хорошую. Катырь (мул)и как вообще на Востоке, стоит дороже лошади: от 15 до 20 рублей за штуку, потому что он сильнее лошади и лучше ее годен для перевозки тяжестей. Баран внутри страны стоит 40 и 50 коп., а ближе к берегу Красного Моря даже около 2 р. Торговлей занимаются сами Абиссинцы, но, например, в Амгаре она находится в руках Евреев, которые называются Фалашанами и, подобно Туземцам, совершенно черные, но без пейсов и ходят нагими. Замечательна удивительная живучесть их типа, сохранившегося и при таких условиях в своей первоначальной чистоте: взглянув на лицо, нельзя не сказать что это Еврей. Евреи, например в Гондаре, и самые искусные ремесленники, как то: кузнецы, плотники, маляры, и пр. Можно с известною вероятностью принять что Евреи пришли в Абиссинию после разрушения Иерусалима. Начиная с X века по Р. X. они имели свои права и привилегии, со своими собственными выборными, которых род производили от Давида, но с начала нынешнего столетия их привилегии нарушены, и они подчинены абиссинским властям. Абиссинцы не пускают к себе европейских торговцев. Гондар надо считать центральным пунктом абиссинской торговли. Местное производство ограничивается выделкой кожи и тканьем грубых материй, в роде пестрой шаммы (красное с белым), которая, в виде пледа, употребляется вместо единственной верхней одежды. Иностранная торговля ведется через Массову и Таджуру на Красном Море. Главные предметы для вывоза суть золото, слоновая кость, носорожьи рога, черепаха, страусовое перо, воск и гумми, кожи, кофе замечательного качества, считаемый знатоками выше моккского. Вместо всего этого, они получают преимущественно бумажные материи, платки, в небольшом количестве шелковые материи, писчую бумагу, бритвы, холодное и огнестрельное оружие (т. е. преимущественно ружья заряжающиеся с дула), бисер, ртуть и многое другое. Весь этот рынок находится главным образом в руках Италиянцев, Немцев и Англичан, сбывающих туда весь брак своих дутых фабрик и заводов.
Жизнь Абиссинца крайне проста, а потребности его более чем ограниченны, почему он не нуждается в работе и не любит ее. Все его хозяйство лежит на женщине. Абиссинец-христианин даже не знает ремесл, которыми преимущественно занимаются магометане и Евреи. Едят Абиссинцы очень скромно, и в пище вообще замечательно умеренны. Для бедных главную пищу составляет хлеб в виде огромных тонких лепешек, густо посыпаемый толченым красным перцем, так как соли они совершенно не знают. Кухни, котлов, посуды и других кухонных принадлежностей у Абиссинцев совсем нет, и конечно нет вареных кушаний и разных соусов. Мясо они едят куриное, баранье и козлиное; для чего сначала режут его на кусочки, бросают их на раскаленные уголья и поджаривают; за то бычачье мясо едят сырым, и вследствие этого, конечно, страдают солитером и другими подобными болезнями. В жарких долинах царствуют гнилые лихорадки, дизентерии и даже сильные нервные болезни. Абиссинцы пьют молоко, но не пьют чая, хотя он растет у них в диком состоянии. За то у них есть налиток теч, в роде нашего меда, очень крепкий и опьяняющий; они его пьют с чайными листьями из больших роговых стаканов, вместимостью с наш полуштоф. Напиток этот хранится в больших глиняных кувшинах. Угощают им следующим образом: один слуга наливает в стакан, а другой подносит его, но прежде чем предложить, складывает особым образом пальцы своей руки в воде желобка, отливает себе из стакана часть напитка, пьет в доказательство того что отравы нет, и затем уже подает стакан тому кого угощают. Бывало, конечно, промеры что слуга и угощаемый одинаково умирали от отравы.
Замечательно что в последнее время Европейцы стали ввозить абсент и вермут, которые абиссинская знать пьет ужасно. Рас-Алула, главнокомандующий всех войск, очень любит шампанское. Словом, к Абиссинцам начинает проникать не цивилизация поднимающая и облагораживающая ум и сердце, а цивилизация в виде спаиваний спиртными налитками, убивающая и оскотинивающая их, и без того скудных духовным достоянием. Абиссинцы отличаются замечательным гостеприимством и радушием, храбры, способны, самолюбивы и обидчивы, и в то же время очень хитры, вероятно вследствие царящего там рабства. Несмотря на то что детям не дают никакого воспитания, они все же почитают своих родителей.
Современная Абиссиния составлена из четырех провинций, почти самостоятельных царств со своими отдельными правителями: Тигре, Амхары, Шоа и Гаджама. Тигре занимает северо-восточную часть Абиссинии по рекам Марабу и Такацце с главными городами Адуей, Аксумом и Антало. Амхара есть центр Абиссинии, со столицей государства Гондаром, главным местопребыванием Абиссинского царя Ивана. Шоа составляет южную часть царства и имеет главным городом Анкобер. В провинции Тигре, в городе Азмаре, находится вице-король Рас-Алула, главнокомандующий всех абиссинских войск, который имеет полную свободу действий, а в Гаджаме негус Текле-Минот, в Шоа негус Менелек. Царь Иван имеет титул "негус негусис", царь царей; царь Эфиопский, Богом поставленный. Он коронуется в Аксуме, то есть помазуется миром и возлагает на себя корону. Говорят что золотому кувшину, в котором хранится миро, несколько тысяч лет. Абиссинский негус негусис чтит только нашего Царя первым и сильным царем в мире, а других не считает за царей. В Адуе и Гонадаре у него есть дворцы, конечно, по нашим понятиям, не только скромные, но и бедные; самый большой из них состоит из двух больших комнат и внутри увешан шелковыми материями. У Рас-Алулы глиняные стены ничем не покрыты, и только пол устлан хорошими индийскими коврами. За Менелеком Шоаским замужем дочь царя Ивана, очень богатая и энергическая женщина. Все другие цари подвластны дарю Ивану, который иной раз по два года не живет в Гондаре, своей столице, а проводит время на охоте около озера Ашенги. Костюм негуса составляют рубашка (особая роскошь среди Абиссинцев), панталоны, сверху шелковая шамма; ходит он босой. Царь Иван очень религиозен; он имеет звание священника и сам служит по ночам. Он такой фанатик что недавно, обращая мусульман Галлаев в христианскую веру, большую часть их вырезал. Европейцев принимает сидя во дворце. Когда принимал Англичан, то велел их раздеть и без шляп посадить на дворе, а сам сидел во дворце и разговаривал с ними чрез переводчика, то и дело перебегавшего от царя к гостям, а от гостей к царю. Никто не смеет первый заговорить с царем. Переводчик, приблизившись к нему, наклоняется, касаясь обеими руками пола, и ждет пока царь прикажет говорить или спросит сам. Во время разговора, царь закрывает свое лицо шаммой; так как и на голове его есть какой-то шелковый платок спускающийся на лоб, то можно видеть только глаза его. Сказав фразу, он постоянно плевался, в знак своего пренебрежения к Англичанам. Расправа его с преступниками короткая: смертная казнь через повешение, для чего около дворца или ставки царя поставлено несколько десятков виселиц.
Начало исторической жизни Абиссинии, как и большей части других стран, теряется во мраке. Очень возможно что более близкое знакомство с ней даст и более точные сведения, но теперь нам приходится делать свои заключения лишь на основании очень немногих данных. По некоторым памятникам, особенно в городе Аксуме, и по десятку обелисков в нем, нельзя не заключить что Абиссинии некогда была известна египетская и даже более поздняя греческая культура, занесенная, вероятно, сирийскими колониями созданными Александром. Греки и Евреи, нет никакого сомнения, влияли на развитие некоторой гражданственности в Абиссинии. Евреи, вероятнее всего, прибыли сюда после разрушения Иерусалима. Вернее всего что с этим переселением Евреев связано предание о Менелеке царе, сыне Соломона, и царице Савской. Как бы там ни было, но в III веке в Абиссинию было введено христианство; затем следовал целый ряд религиозных войн. Замечательно что руководителями Абиссинии в X веке стали люди признававшие иудейскую веру, и это удивительное явление продолжалось до 1268 года. В XVI столетии стране угрожала опасность от Ислама; прибывшие из Индийского Океана Португальцы вовремя помогли Абиссинии, но в то же время привезли с собой иезуитов, которые внесли раздор своим властолюбием. В начале XVII века римским лапой был возведен в патриарший сан Альфонс Мендец и послан в Абиссинию, где, между прочим, ему приписывают основание нескольких монастырей. В 1684 году католики однако были изгнаны из страны, Абиссинцы снова обратились к Коптам за патриархом, и с тех пор в этом отношении не было заметных перемен. За то непрерывно продолжались внутренние раздоры между правителями провинций, искавшими самостоятельности. Такое положение дел в начале нашего столетия кончилось тем что власть негуса, царя, сильно пошатнулась, сам негус Саглу Денгель был низвержен и содержался как бы в плену в Гондаре, где он исполнял обязанности верховного судьи. С 1831 года возвышаются в Амхаре Рас-Али, в Тигре, как независимый князь, Убиэ и в Шоа Захеля-Зелясси. Но скоро это политическое положение страны принимает совсем иной вид. Во время войны Амхары с соседями замечательно выделился своею храбростью некто Казай, сын одного родственника дембейского правителя. Он так понравился Рас-Али что тот выдал за него свою дочь и поставил его под покровительство своей матери, очень влиятельной женщины того времени, Зонзоро Меннес; Казай, однако, скоро повздорил с ней, взял ее в плен и напал на правителя провинции Дембеи. Против него вышел сам тесть Рас-Али, был разбит и должен был бежать к соседям. Это было в 1853 году. С тех пор Казай сделался единственным повелителем всей Амхары и среднего Хабеша, лежащего между реками Такацце и Голубым Нилом. Одна заветная мысль одушевляла его: во что бы то ни стало объединить всю Абиссинию под своею властью, чего достигнуть, конечно, было не легко. Но молодой Казай был замечательно умен и находчив: он очень ловко воспользовался издавна ходившим в народе преданием что появится некогда царь Феодор, который сделает страну великою, а народ счастливым; что он изгонит магометан и завладеет Меккой. Как умный человек, он прекрасно понимал что тот правитель пользуется большею властью чью сторону держит верховный абун (старший епископ). В то время этот абун жил в Адуе, главном городе провинции Тигре, правитель которой Убиэ, благодаря влиянию католического духовенства, относился к нему и ко всему своему духовенству с крайним принебрежением. Тогда Казай предложил абуну перейти к нему в Гондар. Абун согласился переменить свою резиденцию, но под условием что Казай выгонит из своей страны всех католических миссионеров приехавших обращать Абиссинцев в римское католичество. Когда это условие было исполнено, абун переехал в Гондар и тем, конечно, политически возвысил Казая, который своими приемами очень напоминает нашего Ивана Калиту. Расположив к себе духовенство и собравшись с силами, он покорил гордого Убиэ, а его область присоединил к себе. Это была очень важная и решительная победа, после которой Казай провозгласил себя Феодором, царем Эфиопским. Потом ему было уже не трудно завоевать и последнюю важную область Шоа. Таким образом, с 1856 года эти четыре отдельные области, Амхара, Гаджам, Тигре и Шоа образовала одно целое, именно настоящую Абиссинию, с царем Иваном во главе, бывшим главнокомандующим царя Феодора, как нынче Рас-Алула у царя Ивана. В довершение переворота, Феодор запретил многоженство и торговлю невольниками.