Гисборн вышел от Фильда ошеломленный, не зная, пустить ли себе пулю в лоб, или радоваться и считать себя спасенным.
А Фильд принялся за дело. Надо сказать, что в то время большинство ученых считали невозможным и даже бессмысленным браться за прокладку трансатлантического кабеля. Одни из них считали, что никакой кабель не выдержит страшного подводного давления, другие опасались, что кабель будет скоро испорчен форамениферами, -- нежными существами, живущими на дне океана. Третьи видели опасность от морских чудовищ, которые могли порвать кабель, и т. п.
Фильд запросит участников экспедиции, исследовавших глубины океана между Исландией и Нью-Фундлэндом в 1858 году, и официальным путем удостоверился, что среди океана существует обширная песчаная равнина, по которой кабель можно уложить совершенно спокойно и которая настолько глубока, что блуждающие льды не могут задеть кабеля. Фильд решил рискнуть судьбой и состоянием: он выкупил концессию Гисборна.
Оставалось сделать еще один проверочный опыт: проверить, могло ли электричество пройти за один раз путь в три тысячи слишком верст? Многие противники проекта упорно отрицали эту возможность.
Фильд обратился к директорам телеграфных линий в Англии и Ирландии, прося их выбрать ночь для соединения в одну непрерывную проволоку всех главных линий, находящихся в их распоряжении. Этот грандиозный опыт был произведен в ночь на 9 октября 1836 г. Электричество прошло 8.000 километров с поразительной легкостью вдоль этой временной линии, составленной из массы проводов, большинство которых было воздушными, некоторые подземными, а иные и подводными. Сигналы приходили с обычной скоростью. Такой же опыт был проделан и в Америке.
Успех этих опытов привлек в предприятие Фильда большие капиталы, и дело прокладки кабеля началось.
Взялись за изготовление провода. Чтобы дать понятие о его прочности, провод стали называть кабелем (т.-е. канат). Это имя с тех пор и осталось за океанской телеграфной проволокой. Решено было приготовить кабель длиною в 4.000 километров, весом в 3.000 тонн. Не оказалось завода, который мог бы выполнить такой заказ. Пришлось распределить работу между несколькими заводами.
Вслед за этим возникала новая трудность. Нужно было найти суда, которые могли бы принять на себя эту чудовищную тяжесть. Британское правительство предоставило для этого паровой фрегат "Агамемнон", а американское -- вновь построенный фрегат "Ниагару".
Суда для укладки подводного кабеля должны были отвечать целому ряду требований: они должны быть достаточно грузоподъемны и вместительны: обладать устойчивостью при морском волнении, чтобы избежать разрывов кабеля; они должны были быть снабжены особыми машинами для равномерного опускания и регулирования спуска кабеля, барабанами для намотки кабеля, желобами и проч.
Наконец, суда были снаряжены и канат изготовлен. Он весил 140 граммов метр и представлял из себя металлический канат из семи проволок. Канат был обернут тремя слоями гуттаперчи. Канат подвергался двойному испытанию -- испытывали проводимость и степень изоляции. Вычислено было, что если всю проволоку вытянуть в одну линию, то она 13 раз могла бы опоясать земной шар.