Тов. Драбчук отметил, действительно, уродливое явление. Но в этом явлении нужно различать две стороны: самый факт существования частных сборщиков и их действия. Поскольку эти действия носят не только недопустимый, но и уголовный характер, на них можно найти управу поближе НКФ. В таких случаях, собрав достаточные доказательства, можно просто обратиться в суд, который не погладит по головке ни финагента, ни его чрез меру ретивого сборщика.
Радисты в темнице. Радист тов. Григорьев сетует на отношение Волмфко-Камского Округа к радистам. От Наркомпочтеля пришло распоряжение поместить радиостанцию по возможности в одном здании с почтовыми конторами. Вместо "по возможности" Округ, надо полагать, читает -- "во что бы то ни стало", и вот он наметил для Краснококшайской радиостанции поместиться в маленькой комнатке (два шага в ширину и четыре в длину) в канцелярии местной почтовой конторы. Работнику здесь еле-еле можно повернуться, не говоря уже о месте для посетителей. Округу на это было указано, но он продолжает настойчиво вести свою линию, и вот вместо этой комнаты назначил другую, без окон. Находится она между комнатами заврайконта, вдобавок рядом с уборной, в виду чего воздух в ней пропитан аммиаком (в уборной и то светлее, ибо имеется три окна). Отводить помещение для учреждения в комнате без окон, без всякого доступа света, что противоречит самым примитивным требованиям гигиены, -- полный абсурд. Затем работа немыслима при том шуме, который стоит кругом (работа на рации производится и днем), ибо прием радио требует абсолютной тишины. Такое отношение Округа способно убить всякую энергию у радиоработников.
Если тов. Григорьев не сгустил красок в своей корреспонденции, то "темница", уготованная для рации, более подходила бы для администратора, отдавшего столь мудрое распоряжение.
О зарплате. Тов. М. В. М. жалуется на низкую оплату труда и на то, что он не видит заботы о нищем классе пролетария нарсвязи. "Ответственные ставки очень вздуты, -- пишет он, -- от них можно любую половину отрезать жалованья и разделить по нищим ставкам ... Письмо написано горячо и даже гневно. Мы нередко получаем такие письма. Причем во всех них красной нитью проходит одна мысль: чтобы поднять оклады и улучшить положение связиста, надо только кому-то захотеть И если оклады до сих пор низкие, то это лишь потому, что кто-то там, наверху, не заботится о связистах, или не хочет помочь им. Видно, что авторам этих писем совершенно недоступно понимание тех общих экономических причин, которые не дают возможности быстро повышать зарплату, им неизвестна или непонятна зависимость их бюджета от бюджета того производства, в котором они работают. Непонятно им, наконец, и то, чем вызывается разница в оплате служащих различных квалификации. Это непонимание им, разумеется, нельзя поставить в вину. Скорее это нужно поставить в вину тем, кто должен заботиться о повышении сознательности работников связи, т.-е., нашему профсоюзу. "Просветить к указанном отношении наших отсталых связистов крайне необходимо, уже хотя бы потому, что профессиональная работа не может вестись продуктивно, если работнику кажется, что он несправедливо обижен, забыт, что о нем не заботятся. Эти чувства возбуждают у работников связи недоброжелательное отношение и к работе, и к тем, кто о них должен позаботиться. А с таким настроением не много наработаешь.
"Жизнь и техника связи", 1924, No 9-10, С. 145-150