Я сказал выше, что само обилие земли и полная свобода занимать ее кому угодно были одною из причин появления релейных закупов, или крестьян, живущих на чужих землях, и это иначе быть не могло; ибо при отсутствии почти всякой ценности земли необработанной, и при ценности труда по малолюдству, землевладельцы охотно уступали в пользование значительные участки земли своим закупам и снабжали их рабочим скотом, орудиями и другими средствами земледелия, только бы закупы обрабатывали землю и на них. А закупы охотно садились на чужой земле; ибо этот способ платы за работу давал им возможность при господской помощи обзаводиться собственным хозяйством и приобретать средства, чтобы впоследствии поступить в члены общества и принять на себя участок общинной земли, или даже отдельно разработать дикую землю в собственность, что все" при свободном переходе крестьян с земли на землю, было очень удобно. Состояние ролейного закупа или крестьянина, живущего на чужой земле, именно было ступенью для перехода из бездомного батрака или захребетника в члены свободной сельской общины с правом на получение участка общинной земли; а при большем счастии -- даже ступенью к переходу в мелкие поземельные собственники. А посему, в продолжении всей древней истории России мы постоянно встречаем множество охотников на поступление в релейные закупы или в крестьяне, живущие на чужих землях.

Вот причины, вот обстоятельства, выработавшие историческое явление релейных закупов, или крестьян, живущих на чужих землях; других причин, более близких к истине, мы не можем отыскать, по крайней мере, за время, к которому относится Русская Правда как действующий закон. Русское государство, как известно, первоначально образовалось не завоеванием; следовательно, не было надобности, не было общих поводов отнимать землю у одного класса жителей и отдавать ее другому классу так, чтобы один класс сделать землевладельцами, а других оставить безземельными батраками, или дозволить им жить на чужих землях с условием разных податей и работ. Лучшим сему свидетельством служит то, что по древним Русским законам и в самой жизни на Руси никто не был исключен из права поземельной собственности, только бы имел средства приобрести ее. У нас. как увидим впоследствии, одинаково имели за собою вотчинные земли или поземельную собственность, -- и князья, и бояре, и духовенство, и купцы, и крестьяне; у нас б древности поземельная собственность никогда не была исключительным правом каких-либо привилегированных классов. Это явление, между прочим, даже считается отличительною чертою древней Русской истории от истории других государств Европы, основанных завоеванием. Варяго-Русские князья, приглашеные Новгородцами, и впоследствии принятые в Смоленске, Любече, Киеве и других местах, не делили земли пришедшим с ними дружинникам; земля оставалась за теми же владельцами, за кем была и прежде, до прибытия князей. По свидетельству летописи даже Ольга, завоевавшая И сожегшая Коростень и избившая множество жителей, не отняла у Коростенцев их земли, а наложила только тяжкую дань (Лавр, лет., с. 25). Князьям на Руси были уступлены только некоторые земли, и то на государственном праве, а не на праве частной собственности, чему ясным свидетельством служит то, что князья постоянно покупали земли у частных собственников, как указывают нам летописи и другие памятники XII, XIII, и даже XIV и XV столетий. Дружинники также первоначально не получали земель и жили у князей на жалованье или получали узаконенные доходы с областей, вверенных их управлению; и ежели впоследствии имели поземельную собственность, то она ими приобреталась одинаково с приобретателями в других классах общества, по частному гражданскому праву, общими гражданскими способами приобретения -- покупкою, дарением, меною, наследством, расчисткою и возделыванием на собственные средства диких полей и лесов, никому не принадлежащих. Поместные владения, вероятно уже существовавшие в XI и XII столетиях, не изменили этого общего порядка, хотя они и приобретались не по гражданскому, а по государственному праву; ибо, во-первых, они не составляли полной собственности своих владельцев, а большею частью состояли только в кратковременном владении, потому что помещик, хотя бы и не оставлял службы у своего князя, тем не менее нередко должен был покидать данное поместье, так как и князья большею частью недолго засиживались на своих княжениях, а с ними должны были уходить и их дружинники-помещики; и во-вторых, поместные земли в то время были еще весьма незначительны, и раздавалися только из земель, данных князю. А посему нет никакого основания заключать, что ролейные закупы произошли от того, что не было свободных земель, что земля вся или принадлежала государству, как угодье, как оброчная статья, или составляла частную собственность привилегированных классов.

Таким образом, появление ролейных закупов выработалось естественным порядком из древнего устройства Русского общества и из обстоятельств, сопровождавших его жизнь в прежнее время. Релейные закупы или крестьяне, живущие на чужих землях, явились первоначально чем-то вроде наймитов, как они частию и называются в Русской Правде; но как плата, получавшаяся ими за наем, состояла в пользовании участками господской земли, на которых они, при помощи землевладельца, могли иметь хозяйство, -- то мало-помалу, при характере наймитов, релейные закупы получили свои особые черты, которые резко отличали их от простых наемных работников или батраков. Впрочем, все это выяснилось и развилось уже впоследствии; во время же Русской Правды это отличие было неясно, и ролейные закупы близко подходили к наймитам; в Русской Правде даже не было определено сроков, когда ролейные закупы могли оставлять своего владельца и переходить к другим, хотя и заметно, что они имели право свободного перехода. Вообще ролейные закупы по Русской Правде были еще на самой низкой степени развития своих прав; они были решительно полусвободными людьми, хотя и признавались членами Русского общества, и пользовались правами личности и свободного перехода с одной земли на другую. Положение их было очень стеснено, и потому они много зависели от своих землевладельцев: попытка оставить своего господина, не учинивши надлежащего рассчета, обращала их в полное рабство; то же наказание грозило им за воровство у своего ли господина или на стороне; господин имел полное право уличенного в воровстве закупа или продать, или обратить в свои полные рабы, и ни закон, ни общество не вступались в эти дела.

После Русской Правды старейшее известие о крестьянах, живущих на чужих землях, мы встречаем в Псковской судной грамоте, начало которой относится к концу XIII и началу XIV столетия. В этом памятнике крестьяне являются под именами изорников (пахарей), огородников и кочетников (рыболовов). Здесь уже права их определяются с большею точностью, нежели в Русской Правде, и представляются в высшем развитии.

Псковская грамота прежде всего старается избежать смешения наймитов с крестьянами; она строго отличает крестьянина от наймита, -- значит, и в Псковском обществе в то время было уже это строгое различие, тогда как, напротив, во время Русской Правды ролейный закуп частью смешивался с наймитом. По определению Псковского закона, наймитом назывался тот, который или нанимается на определенный срок, на год, на месяц и прочее, или подряжается отделать хозяину какую-либо работу, -- выстроить дом, выкопать пруд и тому подобное. Отношения наймита к хозяину по Псковским законам были немногосложны и строго определялись письменным или словесным условием; ежели наймит поступал к хозяину на определенный срок, то, отживши этот срок и получивши от хозяина условленную плату, свободно оставлял хозяина, а уходя от хозяина не доживши сроку, получал условленную плату по расчету; ежели же наймит подряжался к хозяину отделать условленную работу, то отделавши работу, получал за нее и условленную плату, а уходя от хозяина, не отделавши дела, лишался и платы, ежели хозяин докажет перед судом, что наймит действительно не доделал условленного дела. Других отношений между хозяином и наймитом по Псковским законам не было.

Но совсем иной характер отношений был между хозяином и крестьянином, живущим на его земле. Крестьянин, т.е. изорник, или огородник, или кочетник, по Псковским законам садился на хозяйской земле не в годы, как наймит, а бессрочно, сколько поживется, хоть бы до конца жизни. Это главное отличие отношений крестьянина от отношений наймита повело и ко многим другим особым отношениям крестьянина к господину, к владельцу земли, которых незаметно в отношениях срочного наймита к хозяину и которые в свою очередь строго определяют значение крестьянина в Псковском обществе.

Во-первых, в отношениях крестьянина к господину по Псковскому закону признавалась совершенная свобода: крестьянин мог отойти от господина, оставить его землю, ежели находил это выгодным; равным образом и господин мог сослать крестьянина со своей земли, ежели не хотел держать его. Требовалось только одно, чтобы отказы с той или другой стороны производились в один срок в году "о Филиппове заговейне", как в такое время, которое свободно от земледельческих работ; кроме этого срока ни господин не мог отказать крестьянину, ни крестьянин отказаться от господина.* А ежели крестьянин пропустит узаконенный срок и проживет до весны, или и на весну останется на земле господина в его селе, а потом пойдет прочь, -- то обязан за весну заплатить господину такое же количество дохода с оставленной им земли, какое получится с другой такой же части земли, с которой крестьянин не уходил. Здесь, впрочем, нет прямого, безусловного запрещения переходить крестьянину с одной земли на другую не в срок, а только назначена плата за убытки, которые понесет землевладелец от несвоевременного перехода крестьян; следовательно, с условием платежа за убытки крестьянин имел право отойти от господина в любое время. Но, кажется, господин не имел права отказать крестьянину не в срочное время; или, по крайне мере, лишался в таком случае права искать убытков, произшедших от несвоевременного выхода крестьянина В законе сказано: "А запрется изорник или кочетник, или огородник отрока государева; ино ему правда дать (т.е. доказать это судом), а государь не доискался четверти или огородной части, или с исады рыбной части". То есть, ежели по суду показания крестьянина окажутся верными, то господин теряет право на иск дохода с оставленной крестьянином земли.

______________________

* В Псковской грамоте сказано: "А который государь захочет отрок дать (отказать) своему изорнку или огороднику, или кочетнику; ино отрок быти о Филипове заговейне. Також захочет изорник отречися (отойти) с села или огородник, или кочетник, ино томуже отроку быти. А иному отроку не быти ни от государя, ни от изорника, ни от кочетника, ни от огородника... А который кочетник заложит весну или исполовник у государя; ино ему заплатити весна своему государю, как у другой чете досталося на том же саде".

______________________