Но несмотря на такие стеснительные условия, княжеская власть в Новгороде всегда считалась необходимостью, без нее в Новгородском правительстве оставался ничем не заменимый пробел, и власть сия в действительности никогда не теряла того высокого значения, какое она имела при Рюрике, первом Варяго-Русском князе, приглашенном в Новгород. Новгородцы, постоянно любившие держаться старины, только заботились о том, чтобы княжеская власть далеко не выходила из границ, определенных условиями первого приглашения, и не принимала опасного для Новгородской вольности развития. Князь, строго держащийся договорных условий, всегда мог рассчитывать на преданность Новгородцев и пользоваться значительной властью, высшей после власти веча. Он владел Новгородом в определенных границах, государственные акты писались от его имени, его наместники управляли определенными городами в Новгородской земле; князь по согласию с вечем вел войну и заключал мир и был предводителем Новгородского войска, от его имени и от имени Новгорода отправлялись и принимались посольства. Князь имел право созывать вече и участвовать в законодательстве и даже издавать законы от своего лица, ежели они не противоречили правам Новгорода. Приглашенного князя при его принятии обыкновенно сажали на престол в церкви св. Софии и в той же церкви хоронили по смерти, что, впрочем, в продолжение всей Новгородской истории досталось только двум князьям -- Владимиру Ярославичу и его праправнуку Мстиславу Ростиславичу, которые умерли в Новгороде на княжестве. Но князь не имел постоянного двора в самом Новгороде; его законное местожительство было на городище, за два поприща от Новгорода, где жили и княжая дружина и княжие наместники.
За княжею властию в Новгороде следовала власть посадника. Посадники, как народная, чисто Новгородская власть, явились только с 1126 года, прежде же они присылались от князя и были не больше как княжьи наместники. Первым выборным посадником был Мирослав Гюрятинич, избранный во время борьбы Новгорода со своим князем Всеволодом Мстиславичем. Посадники, сделавшись выборными, получили власть не многим меньшую против княжеской власти, так что князь в Новгороде ничего не мог сделать без посадника. В посадники по Новгородским порядкам выбирались исключительно одни бояре и притом из знаменитейших фамилий; так что по летописям в продолжение времени с 1126 по 1400 год мы можем насчитать не более сорока фамилий, из которых выбирались посадники. Посадники разделялись на старых и степенных посадников. Старыми назывались все посадники, бывшие в отставке; как в Риме патриций, бывший один раз консулом, на всю жизнь оставался консуляром, так и в Новгороде боярин, раз бывший посадником, навсегда получал титло старого посадника. Степенным посадником назывался тот, который в данное время занимал степень посадника, был действительно в исправлении посаднической должности. Степенный посадник, собственно, был правителем Новгорода от земщины, главной выборной властью домашней, в противоположность княжеской власти, приглашенной со стороны; он был постоянным органом народной воли, выбранным на эту службу от веча. Значение степенного посадника в Новгороде так было велико, что Новгородцы в иное время оставались довольно продолжительно без князя за одним посадником. Права и обязанности посадника состояли в следующем: 1) Посадник был необходимым посредником между князем и народом, так что князь без посадника не имел права ни судить, ни управлять в Новгороде; военные походы князя всегда были в сопровождении посадника, полки Новгородские, правильно собранные по раскладке, всегда были под непосредственным начальством посадника или того воеводы, которому посадник или вече поручит их; и посадник или воевода, предводительствуя войском Новгородским, отвечали не пред князем, а пред вечем. 3) У посадника была Новгородская печать с таким штемпелем: Новгородская печать посаднича. 3) Посадник созывал вече, вел его торжественно на Ярославов двор и открывал собрание звоном вечевого колокола, предлагал на рассмотрение веча вопросы по делам, требовавшим вечевого решения. 4) Посадник предводительствовал Новгородским войском и без князя водил его в походы. 5) Посадник укреплял как самый Новгород, так и пригороды по приговору веча, или по распоряжению князя, но тоже с согласия веча. 6) Посадник от имени Новгорода вел переговоры с соседними государями, а посему во всех договорных грамотах прописывалось имя посадника, при котором заключен договор. 7) Посадник был защитником граждан против князя, ежели бы тот вздумал обижать их; по закону князь не имел права арестовать или судить Новгородца без согласия посадника, а посему князья всегда старались о том, чтобы посадник был из их сторонников. 8) Посадник с тысяцким новоизбранного владыку Новгородского вводил в дом св. Софии на сени, т.е. передавал новоизбранному управление Новгородской церковью. 9) Должности посадника, как и должности князя, были предоставлены определенные доходы с разных областей и земель, известные под официальным названием поралья (пашни) посаднича.
За посадниками в числе домашних выборных властей в Новгороде следовали тысяцкие. Они первоначально назначались князем из своих дружинников или Новгородцев; но в XII веке вместе с появлением посадников, выборных от веча, и тысяцкие стали выбираться вечем. Сделавшись выборным, тысяцкий получил большее значение, нежели как был чиновником князя; уже в XII столетии имя тысяцкого в договорных грамотах Новгорода ставится в след за именем князя и посадника. Как посадники, сошедшие с посадничей степени, навею жизнь получали титло старых посадников, точно так же и тысяцкие, сошедши со степени, всю жизнь носили титло старых тысяцких. Сан тысяцкого в Новгороде был степенью ниже сана посадника. По свидетельству грамоты князя Всеволода Мстиславича 1136 года тысяцкий был собственно предводителем, главным начальником и судьею меньших людей или черных, следовательно, имел громадное значение в Новгородской иерархии: он при помощи подчиненных ему меньших людей, составлявших большинство, мог многое сделать на вече. У иностранцев, в их договорных грамотах с Новгородом, тысяцкий постоянно называется dux. Тысяцкие избирались так же, как и посадники, непременно из знаменитейших и богатейших боярских фамилий в Новгороде. Права и обязанности тысяцкого были следующие: 1) Тысяцкий вместе с посадником обязан был заботиться о городских укреплениях как в Новгороде, так и в пригородах. 2) Степенный тысяцкий вместе с князем и посадником предводительствовал Новгородским войском, как вождь и начальник меньших людей; 3) Тысяцкий вместе с посадником вел переговоры с соседними государями, правил посольства и заключал договоры, разумеется, по решению веча. 4) Степенный тысяцкий был необходимым товарищем и помощником посадника при открытии народного веча; они вместе наблюдали за порядком на вече, вместе предлагали дела на рассуждение. Во всех известиях о правильно созванных вечах, мы непременно встречаем степенного посадника и степенного тысяцкого; во всех грамотах, издаваемых вечем, писались имена степенного посадника и степенного тысяцкого вслед за именем владыки Новгородского или за именем князя, ежели он участвовал в издании грамоты. 5) Тысяцкий имел свой отдельный суд, не зависимый от князя и посадника, суд чисто земский, народный, на котором не участвовали княжьи судьи и с которого не шло судебных пошлин в казну князя. К этому суду относились все споры по торговым делам и судебные иски между черными людьми, как это свидетельствуют уставная грамота Всеволода Мстиславича 1136 года и судная Новгородская грамота 1471 года. 6) Тысяцкий имел свою печать, которая прикладывалась к договорным жалованным и другим Новгородским грамотам, равным образом и к делам, подлежащим суду тысяцкого. 7) Тысяцкий, подобно посаднику, имел законом определенные доходы с разных Новгородских областей, которые были приписаны на путь тысяцкого.
За тысяцким по своему значению в управлении следовали сотские, их бело десять в Новгороде и, кажется, по одному или по два в Новгородских пригородах. По времени своего учреждения сотские были старше и посадников, и тысяцких, о них упоминается в памятниках, как о властях выборных от народа, еще тогда, когда посадники и тысяцкие были чиновниками, назначаемыми князем. Сотские имели большое значение в Новгородском управлении, особенно в древности, когда посадники и тысяцкие были еще княжими чиновниками, а не выборными от веча; они в то отдаленное время были главными представителями Новгородской земщины, противопоставленными княжеским чиновникам; они выбирались вечем целого Новгорода и всегда из знаменитых боярских фамилий; из сотских в последствии выбирались тысяцкие и посадники. В древности сотские со старостами были главными руководителями и защитниками народа, и нередко делались опасными для князей по своему влиянию на народ. Впрочем, как сотских постоянно было десять, и каждый управлял только десятою частью Новгорода, то сила и власть каждого не могли равняться с силою и властью посадника и тысяцкого, то это по всему вероятию и было причиною, что Новгородцы, видя недостаточность народной обороны от десяти сотских, действовавших не всегда согласно друг с другом, решили во время борьбы с князем Всеволодом Мстиславичем сделать посадника и тысяцкого выборными от народа, чтобы раздробленную силу сотских соединить в одном лице тысяцкого.
В чем, собственно, состояли права и обязанности сотских, по дошедшим до нас памятникам, мы в подробности определить не можем; только по указаниям летописей находим, что сотские правили посольства вместе с посадниками к соседним государям, участвовали в военных походах, предводительствуя каждый своею десятою долею Новгородской рати, иногда прописывались в договорных грамотах вслед за посадником и тысяцким; так договорная грамота Новгорода с князем Ярославом Ярославичем Тверским начинается так: "Благословение от владыки, поклон от посадника Михаила и от тысяцкого Кондрата и от всех сотских". А по Всеволодову уставу о судах церковных сотским вместе с владыкою было поручено попечение о главной святыне Великого Новгорода -- о церкви св. Софии. Сотские в Новгороде, будучи помощниками тысяцких, начальниками десятой доли народа, по пригородам и волостям заменяли тысяцких. По некоторым не совсем ясным намекам памятников, под наблюдением сотского находилась раскладка и сбор податей и отправление повинностей в его сотне.
За сотскими по значению своему в иерархии правительственных лиц в Новгороде следовали старосты; они по времени учреждения своего были самыми древними выборными начальниками в Новгороде, конечно, бывшими еще до приглашения Рюрика с братьями. В Новгороде каждая община имела своего выборного старосту; и потому старосты были нескольких разрядов -- от выборного старосты в том или другом погосте, т.е. сельской общине, до кончанского старосты, представителя целого конца, т.е. пятой части Новгорода. К высшему разряду старост, принимавших самое деятельное участие во всех общественных делах целого Новгорода со всеми его владениями, принадлежали старосты кончанские и уличанские; за ними следовали старосты от житьих людей и от купцов, как представители и непосредственные начальники торгового класса в Новгороде. Как концы и улицы были отдельными общинами, то кончанские и уличанские старосты созывали кончанские и уличанские веча, и как представители и руководители своей общины разбирали подлежащие дела своего конца или улицы. А каждый конец или улица, как общины, имели своих бояр, своих купцов и черных, или меньших, людей, исконных жителей конца или улицы; и, конечно, главными, или передними, людьми каждой улицы и затем конца были исконные уличанские бояре; отсюда естественно кончанские и уличанские старосты исключительно избирались из уличанских боярских фамилий. Кончанские и уличанские старосты одинаково были правителями и судьями всех своих уличан или кончай по месту жительства и бояр, и купцов и черных людей; водили своих уличан или кончай на общее вече и присутствовали с ними на этом вече; они имели свои уличанские и кончанские печати, которыми утверждали не только дела своего конца или улицы, но кончанские старосты прикладывали свои кончанские печати даже к договорным и другим грамотам от общего Новгородского веча. Кончанские старосты участвовали в военных походах и в посольствах от Новгородского веча. Старосты от житьих людей и купецкие, по свидетельству Всеволодовой грамоты, непременно выбирались из пошлых (коренных) купцов, т.е. действительных членов известной купеческой общины. Купеческие общины определялись не местом жительства своих членов, а местом торга или разрядом товаров, а посему уличанские старосты, определяемые местом жительства, не могли быть старостами купеческих общин; и по этой причине житьи люди и купцы, чтобы по своим промыслам иметь свою управу, выбирали особых старост от житьих людей и от купцов, которые занимались только разбором торговых и купеческих дел и у которых было свое место управы при церкви Иоанна Предтечи на Опоках, где по свидетельству Всеволодовой грамоты заседали трое старост от житьих людей, два старосты от купцов и тысяцкий от черных людей, и в их управу не имели права вмешиваться ни посадник, ни бояре Новгородские. Старосты от житьих людей и от купцов, по всему вероятию, участвовали на общем вече, как представители весьма важного в Новгороде торгового класса граждан.
Посадники, сотские и старосты по пригородам набирались местным вечем, равным образом избирались местным вечем старосты по погостам или сельским общинам, и имели то же значение в своих общинах и несли те же обязанности, как посадники сотские и старосты в самом Новгороде. Вообще пригороды были во всем сколками с Новгорода, и их устройство так же держалось на выборном начале, и каждая община не признавала другого местного начальника, как только того, которого она сама избрала и излюбила. Впрочем, высшие власти, выражавшие связь пригородов с самим Новгородом, или присылались из Новгорода, выбранные Новгородским вечем, или выбранные местным вечем утверждались Новгородским вечем -- таковы были посадники; но это правило, кажется, далеко не всегда соблюдалось, и мы по летописям нередко встречаем посадников по пригородам, выбранным местным вечем без утверждения Новгородского веча.
Таким образом, управление в Новгороде и во всех Новгородских владениях было чисто выборное и органы управления частью были призваны со стороны, как князья и их наместники, а частью были домашние, как все остальные власти. Власти, призванные со стороны, касались только главных центров Новгородского общества, т.е. самого Новгорода и некоторых пригородов; центры же, подчиненные главным, как в самом Новгороде, так и во всех его владениях имели только местных выборных властей, так что приглашенная власть, очевидно, нужна была только для связи главных частей Новгородского общества, которые без нее могли бы отделиться от Новгорода. И пришлая или приглашенная власть по закону не имела прав на самостоятельную деятельность ни в управлении, ни в суде; она не только состояла под контролем веча, но к ней были приставлены еще домашние власти, без согласия которых она ничего не могла делать. Как князь в Новгороде, так и его наместники по пригородам, куда таковые посылались, могли судить и управлять только при участии и с согласия местных выборных властей. Даже тиун княжеский или наместничий, которого должность состояла только в первоначальном производстве суда, т.е. в отобрании у тяжущихся их показаний и доказательств в защиту своих прав, не мог этого делать иначе, как при содействии тиуна от посадника или другой местной судебной власти. Мало этого: ни князь, ни его наместник даже не имел права вызывать к себе на суд чрез своих приставов, а требовалось, чтобы княжие или наместничьи приставы шли за вызываемыми вместе с приставами от Новгорода, выбранными для этого вечем; только видя избранного вечем пристава, свободный гражданин Новгорода принимал приглашение к суду. А ежели бы княжеский или наместнический пристав, не пригласив Новгородского пристава, вздумал силою взять вызываемого, то за сего последнего вступалась община, в которой он был членом.
Таковое положение приглашенных и домашних властей в Новгороде и исключительное господство выборного начала при назначении властей условливались коренным устройством Новгородского мира. Новгородский мир, как мы уже частию видели, состоял из союза мелких и крупных общин, образовавшихся частью при начале поселения Славян в тамошнем краю, и частью путем колонизации в последующее время. В Новгороде каждый конец и каждая улица, и каждый погост в уезде составляли отдельную самостоятельно организованную общину, и притом общину, устроенную не административным путем или распоряжением со стороны, а образовавшуюся бытовым порядком, свободно исторически из самой жизни народа. В общину мог вступать каждый, кто хотел и кого община соглашалась принять, здесь не спрашивалось ни одинаковости происхождения, ни одинаковости занятий, ни равенства средств. А посему в Новгородских общинах еще в древности жили рядом большие и меньшие люди, богатые и сильные, бедные и слабые; и в городских общинах, как старших и представляющих более средств к развитию, мало-помалу образовались три класса жителей: бояре, т.е. большие люди, купцы, т.е. люди, имеющие средства постоянно заниматься торговлею, и меньшие, или черные люди, или простолюдины. Каждый из сих классов жил рядом друг с другом, и составляли одну общину, и как члены общины пользовались одинакими правами. Таким образом, в Новгороде каждая улица, как отдельная община, имела своих бояр, своих купцов и людинов; следовательно имела средства жить самостоятельно, не подчиняясь другим улицам, и у каждой улицы был под руками свой материал из своих же членов образовать выборную власть из людей, имеющих силу и пользующихся уважением и доверием от своих со-общинников. Таковой порядок, таковое разделение сильных людей по общинам, с одной стороны, ставил их в самую тесную жизненную связь с общиною и тем усиливал их, а с другой стороны, долго не дозволял сильным людям всего города соединиться друг с другом в сплошную массу и давить массою меньших людей. А отсюда вытекало необходимое следствие, что мелкие общины -- улицы, так крепко организованные, не подчинялись друг другу, а были равноправными членами общего союза, или города со своими выборными органами, уличанскими властями. Конечно, одна улица могла быть сильнее другой, как это и бывало в Новгороде, но и сильная улица одна была слаба против союза многих улиц; а посему в Новгороде в продолжение всей истории не образовалось улицы, господствующей над другими улицами.
Чтобы яснее видеть положение и силу общин или улиц в Новгороде и их отношение друг к другу и самому господину Великому Новгороду, следует выяснить положение и силу каждого из трех классов Новгородского общества -- бояр, купцов и людинов, или черных людей.