-- Вѣроятно, оттого, что вы слишкомъ легко одѣлись. Поглядите: однѣ прошивки...
Римма отвѣтила нѣсколько натуральнѣе:
-- Что? Что ты сказалъ? Нѣтъ, это ты нарочно. Ну, скажи, что нарочно! Я никогда не любила тебя, какъ сегодня, никогда!
-- Ахъ, Дези, Дези!...-- отвѣтствовалъ я ей тономъ бытового резонера:-- мнѣ скоро домой пора, а вамъ все шутки...
"Ой, навралъ! Ой, какъ здорово навралъ!" -- подсказало чутье, но Римма наврала еще лучше.
-- Домой?! -- истерически вскинулась она:-- куда домой? Въ Петроградъ? Въ деревню? Не хочу! Не пущу! Ты не поѣдешь! Ты будешь со мной, здѣсь, въ Ялтѣ, въ оливковой рощѣ... всегда, всегда!
-- Всегда въ оливковой рощѣ? -- не утерпѣлъ поостроумить я.
-- Негодяй! -- взвизгнула та:-- я страдаю, а онъ остритъ!... Я падаю... мнѣ дурно...
И она въ самомъ дѣлѣ упала.
"Боже мой, какъ все это глупо! И какой же я оселъ, что такъ запустилъ все это ухаживаніе!" каялся новый персонажъ пустѣйшей комедіи.