Онъ нащупалъ за рубашкой драгоцѣнный образокъ ангела-хранителя въ золотомъ медальонѣ, усыпанномъ каменьями. Это былъ образокъ его покойной матери, которымъ она благословила Ознобышева передъ своей смертью.
-- Что это такое? -- заинтересовалась Лолита.
Всѣ потянулись къ образку.
-- Вы видите,-- кратко сказал Ознобышевъ.-- Драгоцѣнность...
Старикъ -- онъ же енотовая шуба -- весь будто скорчился и едва внятно сказалъ:
-- Нѣтъ, этого... мы не принимаемъ... этого никогда... нельзя...
-- Но если вы все взяли у меня... и меня... возьмите и это! -- уже повелительно говорилъ Ознобышевъ, будто властвуя надъ общимъ смущеніемъ.
-- Нельзя... нельзя...-- шипѣли вокругъ.
-- Я требую!
-- Нельзя! -- пронзительно крикнула Лолита.-- Нельзя... Онъ играетъ на меня!.. Я знаю, знаю!.. Онъ хочетъ выиграть меня... меня... Я все знаю...