Ну,-- что ж: буду объектом разгляда.
-- "Ты бы, Ася, занавесила свои окна на ночь".
-- "Зачем?"
-- "Так лучше".
-- "А ты?"
-- "Ну,-- я нет".
И -- подумалось: милости просим, разглядывайте! В этом вызове и презрении к наблюдателю из окна сказалась злость; а в душе кричало:
-- "За что меня унижают!"
Взрыв гортанных голосов раздался в открытое окно: там, наискось, продолжала горланить поганая кучка.
Асе я, разумеется, ничего не сказал: я лишь настоял, чтобы она занавесила окна в своей комнате; сам же со спокойствием из гордости подставил себя под злой глаз из окна; помнится: в эту ночь я читал в постели какой-то толстый том: "История монашеских орденов". Я читал о Братстве Иисуса; и -- думал: не без "братства" это мое лежание под глазом.