"Истинное -- есть".
"Должное -- есть".
"Ценное -- есть".
Связью между этими понятиями оказалась категория данности; но метафизическое условие ее есть существующее единство; когда мы говорим "существующее", мы разумеем некое невообразимое бытие; в этом смысле и утверждаем мы, что единое есть Символ.
Это символическое бытие, отображаемое в теории знания как категорический императив суждения ("Да -- есть, будет, было"), -- метафизическая связь трех форм утверждения данностей, как истинных (познание), должных (этика), ценных (творчество).
Три названных понятия находятся во взаимном соподчинении; чтобы установить характер этого соподчинения, следует выяснить, в каком отношении понятие о должном и истинном находится к понятию о ценном.
Истинность суждения есть критерий всякой его теоретической значимости; долженствование оказывается нормой истинности; суждение "истинное есть должное" есть суждение синтетическое; суждение "должное есть истинное", наоборот, есть суждение аналитическое, потому что в понятии о долженствовании уже содержится понятие об истинности долженствования; нам остается решить, как быть с суждением: "должное есть ценное".
Если бы познание не носило характера эмблематики и только эмблематики, мы оставались бы в недоумении относительно избираемого суждения; но мы видели, что приматом образования основных гносеологических суждений является утверждение этих суждений как суждений онтологических; гносеологическое суждение здесь утверждается как метафизическая (т. е. эмблематическая) реальность; самое же утверждение гносеологического суждения как сущего не может быть отождествлено с утверждением всяческих суждений как должных; символическое бытие суждения утверждает суждение как должное; ценность суждения в его бытии, а не в его долженствовании. Повторяю: бытии суждения есть бытие трансцендентное; евангельский текст выражает образную сущность такого бытия: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог". Бытие суждения в символе называем мы его ценностью.
Теперь понятно, что суждение "должное есть ценное" принимает следующий вид: "ценное есть должное", т. е. ценность есть субъект суждения, а долженствование -- его предикат. При обратном чтении данное суждение есть суждение синтетическое.
Онтология основных гносеологических суждений принимает следующий вид; есть только ценность суждения, проявляющаяся в долженствовании и истинности; долженствование, истинность суть атрибуты ценности. Мы имеем следующую иерархию основных суждений гносеологической метафизики: