Синематограф царствует в городе, царствует на земле. В Москве, в Париже, в Нью-Йорке, в Бомбее -- в один и тот же день, быть может, в один и тот же час тысячи людей приходят к человеку, а он чихнет: чихнет и лопнет. Синематограф переступил границы реальности. Больше чем проповедь ученых и мудрецов -- наглядно он показал всем, что такое реальность. Она -- дама, хворающая насморком: чихнула и лопнула. А мы-то, державшиеся за нее, -- мы-то где?
Мы висим в пустоте.
Город, извративший землю, создал то, чего нет. Но он же поработил и человека: превратил горожанина в тень. Но тень не подозревала, что она призрачна.
И вот теперь тень осознала себя. Осознать, значит, искать средств преодоления своей болезни.
Вот нам дается возможность вернуться к жизни. Вернемся.
Творческая мысль преодолела пространство и время и все, что есть во времени и пространстве. Только в ней бытие жизни.
Город убивает землю. Перековывает ее в хаотический кошмар. Город -- мозг земли: мозг, развиваясь, оплетает тело стальной проволокой нервов. Он -- паразит.
Но человеческий мозг стальной проволокой мысли опутает город. Он преодолел соблазны небытия. Он отстоял тот страшный динамит мысли, от которого взлетит вселенная. И город рассеется: он -- туман, занавесивший зорю.
Город превращает человека в облачко дыма: человек чихнет и лопнет.
Но мысль человека, преодолевая химеры, превратит город в туман и будет город городом облачным.