Ты славишь лирой золотой
Нептуна грозного трезубец...
Не славь его: в наш гнусный век
Седой Нептун земли союзник.
Во всех стихиях человек
Тиран, предатель или узник.
Тиран -- Николай; предателем был для Пушкина Геккерен, которою он обвинял в пасквиле, а узник -- конечно, Пушкин.
И это было написано перед смертью, вскоре после отклоненного от себя "великодушия" царя.
В этом стихотворении ясна символика воды; Нептуновы "кони", волны "наводнения", стали союзниками "земли", или вернее гранитов подножия Всадника; отсюда и "полковое" убранство воли Невы в "Медном Всаднике".
Через 10 дней, в самый день рокового последнего вызова, перед лицом смерти, он пишет о Михельсоне графу Толю: "Его заслуги затемнены клеветою; нельзя без негодования видеть, что должен он был претерпеть от... начальников"... и прибавляет: "Гений с одного взгляда открывает Истину; а Истина сильнее царя " (подчеркнуто Пушкиным). Он пишет не о Михельсоне,-- о себе, убюааемом невыносимый ужасом, свалившимся на него; ( Царем, становящимся..., или... ставшим " любовником " его жены); ужасное готовящееся поругание, из которого нельзя было найти выхода! Единственный выход -- отвести подозрение от жены, придравшись к Дантесу, и одновременно дать рипост "подлецу" Геккерену.