49 О понимании Белым импульса см. примеч. 96 к гл. 3. В статье "Die Anthropoeophie und Rueeland" Белый отмечает: "Штейнер определяет антропософию как импульс, по-новому соединяющий природу Софии (греч.: eophia -- мудрость. -- И. Л.) со всей сущностью человека, в противоположность соединению Софии только с главой человека, когда исходная идея Софии становится абстрактным понятием познания (нынешняя философия); в культуре сознания, в проникновении главы, сердца и рук стихией конкретной премудрости (выделено мною. -- И. Л.) "антропос" становится конкретным "антропософом" (рус. пер.) (НЛО. 1994. No 9. С. 172). Подобное толкование антропософии, связанное со спецификой именно русского переживания Софии, уже в наше время продолжает С. О. Прокофьев в книге "Небесная София и существо Антропософия" (Die Himmlieche Sophia und das Wesen Anthropoeophie. Dornach, 1995).
50 Sui generis (лат.) -- своего рода, особого рода, своеобразный.
51 Согласно учению Штейнера, эволюция человечества со времени атлантической катастрофы проходит семь культурных эпох (Zeitraume), семь исторических рас сменяют друг друга: 1) индийская; 2) персидская; 3) египетско-халдейская; 4) греко-латинская; 5) европейская; 6) славянская; 7) новая раса, которая зародится в будущей Америке.
52 В данном контексте Белый отталкивается от идеи гностицизма о человеке как продукте пленения души и материи вследствие космического грехопадения и его освобождения в процессе познания, преломляя ее через историософию Соловьева.
53 Появление в данном контексте имени св. Франциска Ассизского не случайно: его проповеди живому "существу" Природе, о которых повествуют популярные "Цветочки Франциска Ассизского" ("сестрам птицам" и "брату волку", виноградникам и лесам, ручьям и ветру, "гимн брату солнцу"), вполне вписываются в философию "всеединства" Соловьева (а значит, с точки зрения Белого, в антропософию) и именно так толковались русским "серебряным веком" (см., напр., предисловие С. Н. Дурылина к русскому изданию "Цветочков". М., 1913): имя Христа получает не только космос, введенный в человека, но и природа в целом.
54 Катарсис (греч.: katharsis -- очищение) -- термин древнегреческого учения о трагедии, введенный Аристотелем в "Поэтике", который означает душевную разрядку, испытываемую зрителем в процессе сопереживания.
55 Синий цвет (в цветовой "поэтике" Белого также часто цвет лазури -- морской глубины) является в герметической традиции символом первозданной тьмы (вопрос о том, почему мы видим тьму синей, исследовал Гете в "учении о цвете"); бездонность небесной высоты и одновременно бездна человеческой души -- это те "пространства", в которых "живет" дух. Поэтому в данном контексте образ "голубого" (синего) "опрокинутого куполом храма" становится характеристикой душевной сферы Штейнера. Кроме того, в теософско-антропософском учении о цветовом двойнике человека (его ауре) синий цвет (проявленная тьма) окрашивает центр человеческой личности, неизменный при любых перевоплощениях,-- его "Я": "Сознание своего "Я" (т. е. самосознание. -- И. Л.), -- пишет Штейнер, -- обозначается в ауре темным овалом, можно сказать полной темнотой", которую мы видим синей (Штейнер Р. О человеческой ауре // Вестник теософии. СПб., 1911. No 11--12). Таким образом. Белый, "окрашивая" воззрения Штейнера в синий цвет, характеризует их как оттиск штейнеровской индивидуальности, самосознания.
56 Арджуна (санскр.: белый, светлый) -- герой древнеиндийского эпоса "Махабхарата".
57 Кришна -- древнеиндийский эпический герой; в позднем индуизме -- одна из наиболее почитаемых аватар (воплощений) божества Вишну.
58 Белый приводит эпизод из "Махабхараты", в котором Кришна перед началом великой битвы на Курухшетре являет себя Арджуне как высшее божество (Вишну) и становится его колесничим (Махабхарата, VI, 23--40).