Мы каждую среду встречались у Астрова; на собраниях оказывалось все больше народа; образовалось в те дни Христианское братство борьбы под руководством Свенцицкого; приезжавшие в то время в Москву А. С. Волжский с Булгаковым совершенно подпали под обаянье Свенцицкого; помню: зашедший ко мне А. С. Волжский, шагая растерянно и сутуло по комнате, встряхивал пышной копною волос и посматривал на меня детски-добрыми, голубыми глазами:
-- Что ж, -- может быть, и они низведут огонь с неба?
"Они" -- В. Ф. Эрн и Свенцицкий. Сформировывалось и Московское Религиозно-Философское Общество11; устав еще не был написан; но уже происходили собрания в Зачатьевском переулке; на этих собраниях бывало порой до двухсот человек; тут сидели священники, социалисты-революционеры, сектанты, эстеты, марксисты, студенты, доценты и ницшеанцы; я помню, как в жаркий денек, когда всюду в садах раекрывалися белые гроздья сирени, я ехал в Зачатьевский переулок; и -- думал: четыре лишь года назад, в это время как раз я писал о собраниях "мистиков" в первой, в "Московской Симфонии"; там описывалось, как сеть мистиков покрывала Москву и как мистики собирались в Зачатьевском переулке; ао не было "сети" еще в эти дни; а теперь -- "сеть" возникла; в Зачатьевском переулке (?) действительно "собирались"; и помнится: я подивился "Симфонии"; и казалось: я сам теперь, едущий в Первый Зачатьевский переулок, поехал по собственным строкам, как бы мне оформившим линию устремлений моих.
Сети мистиков покрывали Москву; на углах попадались порой прокламации с черным крестом; то студенты из Христианского братства борьбы по ночам их наклеивали на углах переулков; Свенцицкий в то время считал специалистом себя, но -- особого рода: он ставил вопросы священникам, посещавшим собрания; бедный священник, не чуя ловушки, стараяся быть радикальным, ему отвечал, а Свенцицкий ответ превращал вновь в вопрос, на который священнику было трудно ответить; на третьем, четвертом вопросе священник срывался; Свенцицкий же восклицал патетически:
-- Вот отец (имярек) отрекается от Иисуса Христа!
Иезуитский вопрос, на котором священник срывался, вращался вокруг самодержавия и православия; В. Н. Свенцицкий умел прижимать простоватых священников к стенке и вырывать у них вынужденные ответы, после которых он заявлял укоризненно:
-- Вы отреклись от Христа!
Помню: это проделал с Востоковым12 он; приемы Свенцицкого отвращали меня от него; мне казалось, что "братство борьбы" есть духовная тирания Свенцицкого над людьми; возмущенный такими повадками кандидата в "великомученики", я однажды пришел к нему и к В. Ф. Эрну, чтобы высказать:
-- Вы -- Симон волхв13!
А Свенцицкий в ответ -- разрыдался; и новым "приемом" обезоружил меня; я не раз наблюдал его: он действовал на души, но лишь "нахрапом": и то вырывал отречение от Христа, то -- рыдал; он был болен тяжелою формою "истерии"; и я это видел; и Блок это видел; не видели: Эрн, Шерр, Булгаков, Рачинский и многие религиозные почитательницы Свенцицкого.