Душа, сбросив тело, впервые читает, как книгу, свою биографию в теле; и видит, что кроме своей биографии в теле еще существует другая, которая есть биография -- собственно; (во второй биографии видит она ряд отрезков, -- периодов облечения в тело себя).
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
В моей жизни есть две биографии: биография насморков, потребления пищи, сварения, прочих естественных отправлений; считать биографию эту моей -- все равно что считать биографией биографию этих вот брюк.
Есть другая: она беспричинно вторгается снами в бессонницу бденья, когда погружаюсь я в сон, то сознанье витает за гранью рассудка, давая лишь знать о себе очень странными знаками: снами и сказкой.
Есть жизнь, где при помощи фосфора мысль, просветлялся, крепнет: другая есть жизнь, где сам фосфор -- создание мысленных действий.
Пересечения двух этих жизней в сознании -- нет: между ними -- границы; меж тем пересекаются параллельные линии двух биографий в единственной точке: в первейшем моменте.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Его я запомнил: он -- то, что в себе не могу назвать сном; и он -- то, что всегда я не могу назвать бдением, потому что и бденье и сон предполагаются обособленными; первый момент сознаванья рисуется памятью явно отличным от бдения; сном я назвать не могу этот миг, потому что мне не было от него пробужденья.
Во всех прочих "мигах" -- я вижу черту между бденьем и сном: --
-- небывалое никогда и нигде -- вдруг толчок: я -- проснулся; --