Отвечали колеса вагона:
-- "Ру-ру! Никакого закона!.. Ру-ру! Отменяется все... Ру-ру-ру: закон крови".
Казалося: путешествие протягивалось; есть разъятие почв, на которые я наступал; упадание мира в неизмеримости; и не Франция, Англия, Швеция пересекут мою орбиту, а Луна, Солнце, Марс повстречаются мне в обреченной на неудачу попытке перескочить пустоту, расстояние от земли до созвездия Пса3, возвратиться в Россию...
А Нэлли еще оставалась в том мире, который навеки, быть может, ушел от меня.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Вспомнились мне мои вечера в Дорнахе: легкими веснами строились легкие вечеровые фантазии в воздухе; мы преклонялись к приступочке нашего домика; мы наблюдали безмолвно, как там, над раскинутым куполом, таяли белые облака; и тихим голосом Нэлли мне веяли вздохи:
-- "Слушай, кто знает, что будет..."
-- "Нет, Нэлли, о -- нет: я без тебя не могу провести двух недель; помнишь, как я, бросивши все, к тебе бросился из подгорий Лозанского озера!"
-- "Знаю: кто знает... Нагл путь -- через миры, через планеты. Наш путь -- в тысячелетиях времени... Мы еще множество раз разойдемся... И снова сойдемся... Мы долгие воплощения проведем друг без друга..."
-- "Нет, нет: никогда, ни за что!"