Митсосъ кивнулъ головой.
-- Оставь меня на полчаса одного,-- сказалъ онъ: а потомъ я тебѣ скажу, на что я рѣшусь.
Яни ушелъ съ горькой печалью въ сердцѣ. Ему жаль было друга, но онъ ничѣмъ не мои" ему помочь.
Прошло болѣе получаса, и въ дверяхъ комнаты, гдѣ сидѣлъ Яни, показался Митсосъ. Онъ былъ очень блѣденъ и едва держался на ногахъ.
-- Пойдемъ, Яни,-- сказалъ онъ, не смотря на своего друга: -- пора отправляться. Гдѣ дрова и сосуды съ терпентиномъ?
-- Въ лодкѣ; я уже снесъ ихъ.
-- Такъ ты хотѣлъ одинъ исполнить наше порученіе, если-бъ я отказался?
-- Я постарался бы сдѣлать, что возможно.
Не разъ люди всходили на эшафотъ твердыми шагами, и мученики твердо смотрѣли на смерть близкихъ имъ людей. Точно въ такомъ же настроеніи находился теперь Митсосъ. Всѣмъ сердцемъ и душой онъ вѣрилъ въ святость дѣла освобожденія Греціи и уничтоженія турокъ, а потому онъ далъ клятву повиноваться руководителямъ этого святаго дѣла и не могъ нарушить ее. Онъ добровольно сдѣлался однимъ изъ колесъ патріотической машины, и одно колесо не можетъ отказаться отъ движенія, когда весь механизмъ пущенъ въ ходъ. Поэтому онъ твердыми шагами, но совершенно машинально направлялся къ лодкѣ, осмотрѣлъ, все ли было приготовлено, и сѣлъ на руль.
Предпріятіе двухъ юныхъ друзей было опасное. Каикъ былъ переполненъ горючимъ матеріаломъ: въ немъ находилось четыре сосуда съ терпентиномъ, которымъ они должны были пропитать парусъ и грузъ валежника. Планъ дѣйствія заключался въ томъ, чтобъ подойти незамѣтно къ турецкому кораблю, прицѣпить къ снастямъ каикъ, поджечь его и самимъ спастись въ маленькой лодкѣ, которую они вели на буксирѣ. Но такъ какъ огонь быстро распространился бы по каику, то имъ предстояла двойная опасность -- сгорѣть, прежде чѣмъ имъ удалось бы попасть въ лодку и отойти отъ брандера, или быть убитыми отъ, турецкихъ выстрѣловъ. Но именно этотъ элементъ опасности и поддерживалъ мужество Митсоса.