-- Но какъ мы узнаемъ о твоемъ распоряженіи, когда начинать дѣло?-- спросилъ настоятель: -- ужъ не лучше ли мнѣ дѣйствовать самостоятельно, если тебя здѣсь не будетъ?

-- Нѣтъ, тысячу разъ нѣтъ!-- отвѣчалъ Николай:-- по всему, что я вижу здѣсь въ Мегаспелайонѣ и Патрасѣ, надо заключить, что первый ударъ и первый успѣхъ будутъ здѣсь. Какъ потомъ пойдетъ война -- извѣстно одному Богу, но, во всякомъ случаѣ, я требую безусловнаго повиновенія. Ты получишь отъ меня вѣсть и повинуйся. Вотъ и все.

-- Но какъ я узнаю, что вѣсть отъ тебя?

-- Очень просто: когда нибудь въ теплый лѣтній день или въ холодную зимнюю ночь къ тебѣ явится монахъ и скажетъ: тебя, настоятель, желаетъ видѣть какой-то человѣкъ или мальчикъ, или даже дѣвочка. Ты выйди къ посланному, и онъ тебѣ скажетъ: "мнѣ поручено спросить, есть ли у тебя зерно для тѣхъ, кто въ немъ нуждается?.. А ты отвѣчай: тебѣ надо черное зерно и для кого, для голодныхъ или для турокъ? Тогда посланный произнесетъ: пошли черное зерно къ туркамъ въ Каламату или Калавриту, или въ какое другое мѣсто, и пусть его понесутъ двѣсти, или пятьсотъ, или тысяча человѣкъ". Ты можешь получить и другія распоряженія, но всегда въ этой формѣ, и если ты свято ихъ исполнишь, то Господь уготовитъ тебѣ мѣсто на небѣ, среди его святыхъ угодниковъ.

-- Ты правъ, Николай,-- отвѣчалъ настоятель:-- и клянусь Пресвятой Богородицей, что буду слѣпо тебѣ повиноваться. Ну, пойдемъ снова на верхъ.

Они опять пошли въ церковь, опустились по лѣстницѣ въ нижній этажъ, гдѣ чисто выбѣленный коридоръ велъ въ монастырскую библіотеку и въ келью отца настоятеля. По дорогѣ Николай постукивалъ своей палкой по стѣнамъ:

-- Здѣсь, кажется, стѣна потоньше, чѣмъ въ остальныхъ мѣстахъ,-- произнесъ онъ съ улыбкой и, остановившись, пристально взглянулъ на настоятеля:-- однако Магометъ-Саликъ слишкомъ хитеръ, чтобы обратить вниманіе на такую простую вещь.

-- Слава Богу, что наши враги такіе умные,-- замѣтилъ Германъ, сопровождавшій Николая.

Вернувшись въ келью настоятеля, Николай закурилъ трубку и сказалъ, что съ позволенія настоятеля ляжетъ спать, такъ какъ на другое утро ему надо встать рано и отправиться далѣе.

-- А ты куда?