Девушка взяла Гале на руки. Но Царь Хирам не пожелал уходить. Запустив все четыре лапы в цыновку, он испускал гневное и жалостное мяуканье.
-- Оставь его, -- сказал я Танит-Зерге. -- Один раз он может поспать и здесь.
Таким образом, на долю этого зверя пала значительная часть ответственности за разыгравшуюся после того трагедию.
Оставшись один, я погрузился в размышления. Ночь была необыкновенно темная. Вся гора была окутана великим молчанием.
Гепарду пришлось издать несколько раз подряд все более громкое ворчание, чтобы вырвать меня из овладевшего мною раздумья.
Встав на задние лапы и упираясь в дверь, он царапал ее изо всех сил своими скрипевшими когтями. Только что животное отказалось следовать за Танит-Зергой, а теперь вдруг потребовало, чтобы его выпустили. Оно изъявляло определенное желание выйти из комнаты.
-- Тише! -- сказал я. -- Смирно! Ложись!
Я попытался оторвать зверя от двери.
В результате я получил удар лапой, заставивший меня покачнуться.
Тогда я сел на диван.