Я думал не о своей цели. Нет, -- этот вопрос был у меня решен уже давно. Я думал о средствах, о том, как достигнуть этой цели.
Через несколько минут мне почудился чей-то далекий говор, глухой гул голосов.
Царь Хирам заворчал громче и начал метаться. Я отпустил слегка веревку, и зверь пошел вперед, обнюхивая темные стены, из-за которых, казалось, доносился шум.
Я последовал за гепардом, стараясь натыкаться как можно меньше на разбросанные повсюду подушки. Мои глаза, привыкнув к мраку, ясно различали пирамиду ковров, среди которых я увидел в первый раз Антинею.
Вдруг я споткнулся. Царь Хирам остановился. Я почувствовал, что наступил ему на хвост. Славный зверь, -- он не издал ни звука!
Идя ощупью вдоль стены, я обнаружил вторую дверь.
Тихо-тихо, как и первую, я осторожно ее приоткрыл. Гепард слабо зарычал.
-- Царь Хирам, -- прошептал я, -- молчи!
И я охватил руками могучую шею животного.
Я ощутил на своей коже прикосновение его влажного и теплого языка. Он тяжело дышал, трепеща от неизъяснимого удовольствия.