-- Я подумал обо всем, -- возразил Моранж.
-- В последний раз, -- повторила Антинея.
Удивительно спокойное лицо Моранжа засияло в это мгновение таким ярким светом, что я перестал видеть его собеседницу. В его преобразившихся чертах уже не было ничего земного.
-- В последний раз, -- сказала Антинея почти упавшим голосом.
Но Моранж уже не видел ее.
-- Ну, хорошо, ты останешься доволен, -- промолвила она.
Раздался металлический звон. Она ударила молотком по серебряному колокольчику. В дверях показался белый туарег.
-- Ступай!
И Моранж вышел, высоко подняв голову.
...Я держу Антинею в своих объятиях. Я прижимаю к своему сердцу уже не гордую, презрительно-надменную женщину, жаждущую чувственных наслаждений. У моей груди -- несчастная, обиженная девочка.