-- О, Гао, Гао! Я знала, -- твердила она, -- я знала, что увижу Гао.
Приподнявшись с земли, она уселась, вытянув ноги. Ее маленькие, пылавшие, как огонь, руки стиснули мои пальцы.
-- Послушай! Я должна тебе объяснить, почему я знала, что снова увижу Гао.
-- Танит-Зерга, успокойся... Успокойся, моя маленькая девочка...
-- Нет, я должна тебе объяснить... Это было очень давно, на берегу реки, "где много воды", в Гао... ну, словом, в деревне, где царствовал мой отец... И вот, однажды, в праздничный день, изнутри страны пришел старый колдун, одетый в звериные шкуры и перья, в маске и заостренном колпаке, с кастаньетами в руках и двумя кобрами в мешке.
На деревенской площади, среди окруживших его кольцом жителей, он проплясал буссадиллу. Я стояла в первом ряду, и так как на мне было ожерелье из розовых турмалинов, то он понял, что перед ним -- дочь одного из сонрайских вождей. И он стал мне говорить о прошлом, о великом Мандингском царстве, которым, правили мои предки, о наших врагах, свирепых кунтах, и о многом другом. Потом он мне сказал...
"-- Успокойся, девочка.
"Потом он мне сказал: "Не тревожься. Ты переживешь, может быть, злое время, но зато настанет день, когда ты увидишь, как на горизонте засверкает Гао,. но не подневольный и павший до степени ничтожного негритянского поселка, а великолепный прежний Гао; ты увидишь великую столицу чернокожих, новый, возрожденный Гао, с семибашенной мечетью и четырнадцатью бирюзовыми куполами, с домами и каменными дворами, с водометами и обильно орошенными садами, в которых будут качаться большие, красные и белые цветы... И тот день возвратит тебе свободу и царство".
Танит-Зерга вскочила на ноги. Над нашими головами, вокруг нас, повсюду кругом, -- солнце трещало над хамадой, накалившейся добела.
Вдруг девушка протянула вперед руку и испустила страшный крик: