-- Да, верно, полковник, -- сказал Реджинальд, -- расскажите нам об аресте Кэзмента. Эта отчаянная выходка интересует меня чрезвычайно, вы и представить себе не можете, до какой степени.
-- Дело развивалось чрезвычайно быстро. Кэзмент был высажен подводной лодкой в четверг, 20 апреля; час и место высадки -- установит дальнейшее расследование. Под дождем он проходил ночь с 20 на 21 где-то по деревням. Утром 21-го его видели в Трали. Он имел беседу с некоторыми лицами, -- они будут еще допрошены. Наконец, в тот же самый день, совершенно точно -- в двадцать минут второго, недалеко от Ардферда, у старого форта Мак-Кенна, мои люди схватили его. Ему не отвертеться. Прошу графиню Кендалль простить мне это выражение, -- она, может быть, несколько интересуется этим человеком.
-- Вы знаете его, дорогая? -- спросила леди Флора.
-- Знаю ли сэра Роджера Кэзмента? -- сказала Антиопа равнодушно, даже почти весело. -- Конечно. Мне случалось встречаться с ним несколько раз до войны.
-- Как это интересно! -- воскликнул молодой Реджинальд. -- Антиопа, вы никогда мне не говорили о нем. Почему?
-- Потому что, Реджинальд, нельзя заранее угадать, на какого человека судьба обрушится -- и тем сделает его знаменитым.
-- Что это был за человек, этот сэр Роджер? -- спросила леди Флора.
-- Самый обыкновенный, -- сказала графиня Кендалль. -- Кстати, полковник Гартфилд, теперь я должна просить вас меня простить: пожалуй, и правительство его величества виновато в той ненависти, какую сэр Роджер к нему питал. Кажется, он был чиновником и, по-видимому, не всегда мог похвалиться добрым отношением к нему английской администрации.
-- Совершенная правда, -- сказал майор Стентон. -- Кэзмент служил в нашем консульском корпусе, и не думаю, чтобы воздавали должное его заслугам.
-- Ну, конечно, он ведь ирландец, -- сказала с милой настойчивостью графиня Кендалль.