-- Вы не сердитесь на меня? -- умоляющим голосом произнес я.
Она покачала головой.
-- Мелузина, распорядись; он будет завтракать с нами. Приглашение к столу было у Авроры знаком небывалой милости. Одна Мелузина удостаивалась дотоле этого. Я не преминул очень скоро тяжело познать на себе цену такой великой чести. Пока же я увидал в ней новое доказательство важности моего разоблачения.
Вы, наверное, думаете, что на завтраке этом отразились только что происшедшие события. Ничего подобного; оживление Авроры, хотя и несколько искусственное, одушевляло его до конца. Все время говорила она о другом. Я восхищался ее умением владеть собой, тем более, что я был хранителем тайны, достаточной для того, чтобы отнять у человека всякое самообладание. В этот момент, чувствуя, что назревают чрезвычайно серьезные события, я был полон радостным сознанием того, что я сумел сделать себя необходимым принцессе, пять месяцев тому назад даже еще не знавшей о моем существовании.
Когда стали подавать кофе, Мелузина поднялась.
-- Куда ты? -- спросила великая герцогиня.
-- Я хочу сказать, что вы не поедете днем с визитами, -- ответила та.
-- Ты ошибаешься, -- с улыбкой возразила Аврора. -- Предупреди, напротив, что автомобиль должен быть подан не к пяти, а к четырем часам.
-- К четырем часам?
-- Да, потому что я хочу несколько отдохнуть перед тем, как в полночь прийти к вам, -- обратилась она ко мне. Мы с Мелузиной только посмотрели на нее.