-- Четыре тысячи долларов ассоциации Whiteboys! -- вскричал он, подымая глаза к небу. -- А знаете ли вы, сестра моя, что такое ассоциация Whiteboys?
-- Знаю, -- ответила она. -- Это ирландская революционная организация, к которой принадлежали мой муж и отец.
Пастор сделал важную мину.
-- Анна, я не имею права обсуждать ваше поведение. Но сейчас вы мне рассказали историю ирландской семьи из Баниласлое, и я выслушал ее. Позвольте же и мне в свою очередь рассказать вам историю, коротенькую историю, и выслушайте ее, сестра моя. Дело происходило десять лет тому назад. Один из моих друзей, достопочтенный Артур Темелти, был проездом в Лондоне. Он сидел в Джоо-сквере на скамейке и с восхищением любовался играми очаровательных малюток, охотно гуляющих в этом народном саду. Все было покой, счастье и наслаждение жизнью. Достопочтенный Темелти возносил со слезами на глазах благодарение Создателю. Вдруг появилось ужасное красное пламя, сопровождаемое ужасающим взрывом. Достопочтенный Темелти был повержен на землю. Когда он поднялся, со всех сторон убегали матери, а на траве, в луже крови, впитываемой черной землею, валялось четыре зверски истерзанных детских трупа. Это было дело рук Whiteboys.
Аннабель закрыла лицо руками.
-- Что делать? -- прошептала она.
-- Что хотите, -- холодно сказал Гуинетт. -- Не мне, еще раз повторяю, диктовать вам ваш долг. Но на случай, если вы начинаете провидеть его, я могу успокоить вашу щепетильность, сказав вам, что все законодательства мира объявляют недействительными незаконные или безнравственные оговорки.
-- Не будем больше говорить об этом, не будем, -- просила она. -- Ах! сойдем вниз, выйдем отсюда.
Она поднялась. Он остановил ее, взяв за руку.
-- Мы еще не окончили задачи, которую поставили себе. Мы закончили опись движимого имущества. Но остается еще вилла.