-- Вот опять! -- сказал Джонстон, ударив кулаком по столу. -- О чем вы думаете, честное слово! Ведь вы отлично знаете, что ни один военный не имеет права показаться в этом проклятом городе, разве только по делам службы, строго обозначенным. Вы знаете дальше, что я вовсе не желаю доставить господину губернатору Каммингу случай наделать мне неприятностей. Вы все это знаете. И тем не менее вы просите, с прямо поражающим меня спокойствием, -- чего? Отпуска в Соленое Озеро! Не будете ли вы так добры, не изложите ли мне мотивы, которые заставляют вас обратиться ко мне со столь смешной просьбой.
Рэтледж протянул генералу письмо Аннабели. Джонстон хотел было оттолкнуть его, но взор его упал на расстроенное лицо молодого человека. Он подавил восклицание изумления и взял письмо.
По мере того как он читал, выражение лица его менялось, но все время отражало сильнейшее негодование.
-- Кто эта несчастная женщина, умоляющая так о помощи? -- спросил он, кончив чтение и возвратив письмо Рэтледжу.
-- Миссис Ли, генерал, -- прошептал лейтенант.
-- Миссис Аннабель Ли?
-- Да.
-- Миссис Ли, -- еще раз повторил Джонстон. -- Возможно ли это! Какая гнусность!
И он с глубоким состраданием всплеснул руками. В офицерской столовой Сидер-Уэлли не забыли кроткого облика маленькой хорошенькой белокурой амазонки.
-- Какая гнусность! -- еще раз тихим голосом сказал генерал.