-- Вам, я думаю, очень трудно серьезно заниматься этим важным трудом, раз вы состоите полковым священником, -- сказал отец Филипп. -- Мне кажется, я заметил вас вчера, при прохождении американских войск. Думаю, вам представляется масса затруднений...
-- Кому говорите вы это? -- с горечью заметил пастор.
"Ага! -- подумал иезуит, -- озлобленный!"
Он взглянул внимательно на своего собеседника. Это был человек лет тридцати, брюнет, довольно красивый, с тонкими чертами, матовым цветом лица, с глубокими глазами. Голос у него был важный, проникновенный и проникающий. Он сам любил себя слушать.
-- "Меланхтон!" -- пробормотал отец д'Экзиль.
Он хотел показаться заинтересованным, хотя уже скучал смертельно. Он повторил:
-- У вас, должно быть, много затруднений.
-- Вы производите на меня впечатление человека порядочного, -- проговорил пастор. -- И должны поэтому знать, что такие люди, как мы с вами, в нашем положении, не всегда встречают у своего иерархического начальства понимание, на которое имеют право претендовать.
-- Да, случается, -- уклончиво отозвался иезуит.
-- Со мною это случилось. Недоразумение с председателем методистской церкви в Балтиморе. Сущие пустяки с точки зрения доктрины, смело могу это сказать. А между тем меня послали туда, где вы меня видите... Что вы скажете о таких поступках?