-- Что касается комфорта, -- продолжал соблазнитель, -- то у моей хозяйки, миссис Ли, вам будет лучше, чем у этого неверующего Ригдона Пратта. Что касается меня, то удовольствие, которое я буду иметь, беседуя с вами об Эмерсоне...
-- Очень любезно, -- сказал Гуинетт, -- но поменяться нам невозможно. Вы знаете, что по трактату запрещено американским офицерам селиться у мормонов. Рэтледжа не примут вместо меня у Ригдона Пратта.
-- Э! -- сказал иезуит, -- он будет жить в лагере в палатке. Генерал Джонстон тоже живет в палатке.
-- Это правда, -- пробормотал пастор.
-- Вы уже пришли, -- ответил отец д'Экзиль. -- Не хочу быть нескромным и влиять на ваше решение. Но я в довольно хороших отношениях с миссис Ли, и потому беру на себя смелость пригласить вас завтра к ней на завтрак. Она будет очень рада. Она хотя и католичка, но любит общество образованных людей. Вы встретите там лейтенанта Рэтледжа. А здесь вы пока вступите в контакт с Ригдоном Праттом и увидите, возможно ли для вас будет жить среди его гарема.
-- Принимаю, с благодарностью принимаю, -- воскликнул Гуинетт. -- А миссис Ли не посчитает меня нескромным?
-- Уверяю вас, она будет в восхищении. Итак, завтра в полдень? Это решено? Первый встречный укажет вам ее виллу. До свидания, дорогой коллега.
Гуинетт уже взялся за колокольчик.
-- И напомните обо мне Саре Пратт, старшей дочери Ригдона. Если вы не вполне забронированы от взгляда прекрасных черных глаз, берегитесь ее, -- смеясь, кинул ему иезуит.
-- Милостивый государь, -- стыдливо пробормотал пастор.