-- Вы, -- сказал он своим прекрасным голосом, которому умел придавать такую убедительность, -- вы во всяком случае честные люди. Благодаря знакомству с вами, я уже изменил наскоро составленное мнение о многих вещах: мне просто не терпится, хочется прославить ваши достоинства, и я это сделаю, как только представится случай.
В особенности не терпелось ему остаться поскорее одному в своей комнате; он хотел толком разобраться в некоторых мыслях.
"К черту солдат и воскресное богослужение! -- сказал он самому себе. -- У меня есть получше чем заняться. Пусть эти дурни сами читают Библию! Если они в ней что-нибудь поймут, тем лучше для них".
Все послеобеденное время он не двигался с места. Часов в шесть к нему постучали.
Вошла Сара Пратт. Он этому не удивился сверх меры. Тем не менее он инстинктивным жестом хотел спрятать стоявший на столе рядом с "Прощанием Адольфо Моно" стакан с виски.
Она презрительно улыбнулась.
-- Если она стоит там, так это для того, чтобы ее выпили, -- сказала Сара, указывая на стоявшую под столом бутылку.
"О! -- подумал пастор, -- с ней надо играть в открытую". Тем не менее он считал, что должен сказать какой-нибудь комплимент. Он искал.
-- Не нужно ли вам чего-нибудь? -- спросила молодая девушка. -- Мы обедаем в восемь часов. Мне поручили предупредить вас об этом.
Ему показалось, что он нашел, наконец, нужную фразу.