-- Я не улавливаю вашей мысли.
-- Я как будто бы говорю глупость. Однако мысль моя очень проста. Вместо того чтобы освобождаться от Зарифа, которого мы подозреваем в возможности сообщать Мухтару сведения о наших военных силах, не лучше ли было бы нам попытаться узнать, не может ли Зариф получать для нас сведения от Мухтара о турецких силах? Вместо того чтобы просто уничтожить неудобную для нас случайность, -- почему не попытаться превратить это неудобство в выгоду? Что вы скажете на это?
Его доводы были неопровержимы. Мне показалось, что я слышу первый треск в моей несчастной постройке.
-- Без сомнения, г-н полковник. Но нужно было бы сначала...
-- Вот это-то я и хочу сказать. Нужно было бы сначала всецело подчинить нашей воле Зарифа и Султана. Разве у нас нет для этого средств? Сегодня -- штраф, завтра -- исключение, вряд ли фирма устоит против таких угроз. Они охотно выслушают наши аргументы. А мы, конечно, со своей стороны, должны будем принять известные предосторожности, чтобы обеспечить себе их полную лояльность.
Итак, я пришел к прекрасному результату: я укрепил положение фирмы "Зариф и Султан"! Если даже они будут исключены из военных поставщиков, то это произойдет не раньше чем через месяц. А для меня через восемь дней наступит гибель...
Я сделал последнюю попытку:
-- Не нужно, однако, забывать, г-н полковник, что в этой истории мы не одни. Здесь замешаны интересы интендантства.
-- Я не забываю этого. Но достаточно просмотреть досье, чтобы убедиться, что интендантство налагает на эту фирму штраф, пользуясь своим правом, но отнюдь не поднимает вопроса об окончательном ее исключении. Кроме того, мы сейчас можем получить подтверждение этого.
Он снял телефонную трубку.