-- А такъ что было допущено -- брать для пользованія чужую жену, если она отойдетъ въ тайгу на двадцать саженъ отъ своего дома...
-- Что -- вы?
-- Очень просто: напримѣръ, одна пойдетъ за грибами...
-- И давно это было?
-- Лѣтъ 15 назадъ... Не дальше... Конечно, не вездѣ въ Сибири, а только въ тайгѣ, на золотыхъ пріискахъ...-- На то -- Бодайбо!.. Если,-- значитъ,-- отошла отъ дому въ тайгу, то всякій и могъ повалить! И ничего за это не было... Потому, что было допущено... Иногда цѣлою толпою мужики наваливались!.. Вотъ взять-бы хотя и мою жену... Я ничего не могъ за это сдѣлать...
-- Неужели?-- изумляюсь я...
-- Что-жъ, мѣсто было дикое, бабъ не было, мужиковъ много, жаловаться некому, ну и было допущено... Чтобъ никто не обижался... Была въ тайгѣ тогда жена одного пріисковаго. Звали ее -- "царь-баба"... Сорокъ душъ могла выносить! Бывало такъ: одинъ какой-нибудь волокита добьется своего, заманитъ въ тайгу большими деньгами, дастъ, напримѣръ, сто рублей, она и пойдетъ... А ужъ тамъ десять человѣкъ ждутъ... Они и сложились на всѣ эти деньги... Въ складчину, значитъ... Ну, конечно, чужая жена молчитъ... Да оно и все равно: вѣдь было допущено... Въ Бодайбо и сейчасъ про это наслышитесь случаевъ не мало...
-- А что такое Бодайбо?
-- Какъ, вы не знаете Бодайбо? Развѣ вы никогда не были въ Сибири?
И пораженный Иванъ Яковлевичъ смотритъ на меня...