-- Значитъ, всѣ богатѣли въ самое короткое время?-- спросилъ Митя.
-- Представьте себѣ, нѣтъ. Я не знаю какого рода людей не было тогда среди слетѣвшейся стаи золотоискателей. Бродяги, бѣжавшіе преступники, доктора, поденщики, адвокаты, чернорабочіе, профессора, прогорѣвшіе банкиры, матросы, офицеры... Но счастье улыбалось не всѣмъ.
-- Отчего-же это?
-- Видите ли, работа была очень тяжелая. Представьте себя въ пустынной и знойной, какъ раскаленная печь, мѣстности. Вы роетесь въ землѣ заступомъ, сваливая ее въ корзину, а потомъ плететесь подъ палящими лучами солнца верстъ за пять къ ручью, промывать ее. Пища ваша -- затхлые сухари, вонючее сало и солоноватая вода. Рѣдко кто выносилъ такую адскую страду. И это были не самые умные, способные, ученые, а совсѣмъ наоборотъ -- чернорабочіе и поденщики, привычные къ труду. Такимъ образомъ профессоръ или адвокатъ уносилъ отсюда пустые карманы и злую лихорадку, а самый тупой рабочій обогащался въ короткое время. Все шиворотъ на выворотъ! Вотъ и я надорвалъ себя. Я искалъ золото иначе. Одни, видите ли, копали землю и мыли ее, а другіе искали жильное золото въ скалахъ. Эта работа легче, зато тутъ было больше мѣста случаю. Бьешь, бьешь скалу недѣлю, и двѣ, и три, и вдругъ -- гнѣздо, стало быть богатство въ нѣсколько десятковъ, а то и тысячъ долларовъ. Я больше случалось, что ничего. Теперь въ Клондайкѣ золото открылось. Кабы мнѣ четыре десятка лѣтъ скинуть, былъ бы я уже тамъ. А теперь -- нѣтъ, старъ, силы нѣтъ. Вотъ вамъ бы туда, молодой человѣкъ!
Глава XII.
НОВАЯ СЛУЖБА.
Рѣчи старика сильно смутили Митю. "Въ самомъ дѣлѣ", думалъ онъ, сидя опять въ вагонѣ и покачиваясь на мягкихъ пружинахъ сидѣнья, "отчего бы не попытать счастья. Можетъ быть, я въ одинъ годъ добьюсь того, что устрою маму..."
Оказалось, однако, что это не такъ просто -- нужны были деньги, а ихъ у Мити было пока 30 долларовъ...
Въ Огденѣ, довольно большомъ городѣ, на краю пустыни, въ вагонъ сѣлъ новый пассажиръ, длинный сухощавый джентльменъ, отъ котораго пахло кожей. Его провожало нѣсколько человѣкъ, грубо одѣтыхъ, въ высокихъ сапогахъ, и разговоръ у нихъ шелъ все время о лошадяхъ.
-- Сто семьдесятъ пять -- первая партія, двѣсти -- вторая, не ниже! -- крикнулъ длинный джентльменъ на прощанье въ окно.