-- Нашъ "Сенаторъ" любитъ устраивать такія штуки.
-- Сенаторъ?
-- Да. Мистеръ Спрингфильдъ тожъ. Сколько онъ предложилъ вамъ жалованья?
-- Пятьдесятъ долларовъ.
-- Ну, такъ. Завтра онъ посадитъ васъ на вороного, вы закопаете рѣдьку, и онъ предложитъ вамъ тридцать долларовъ.
-- Я если я не закопаю?-- спросилъ Митя.
-- Гм... въ этомъ случаѣ ничего вамъ сказать не можемъ..
-- Мы такого случая не знаемъ, -- замѣтилъ другой.
Оказывается, что въ табунѣ мистера Спрингфильда имѣлся дикій и злобный черный жеребецъ, котораго онъ держалъ съ тою цѣлью, чтобы при помощи его сбавлять жалованье вновь поступающимъ конюхамъ. Жеребецъ превосходно зналъ свою роль и отлично исполнялъ ее.
До вечера оставалось еще много времени, и Митя, подкрѣпившись скудной трапезой и напившись чаю, пошелъ на заводъ посмотрѣть, что тамъ дѣлается. Уже одинъ видъ лошадей взволновалъ его. Онъ съ жадностью всматривался въ стройныя черты бѣгавшихъ въ тѣсномъ пространствѣ изгороди коней, любуясь ихъ вольными движеніями. Въ "боксахъ", какъ назывались небольшія крѣпко огороженныя пространства, въ которыхъ происходило укрощеніе одичавшихъ въ преріи лошадей, какъ разъ шла работа. Нѣсколько конюховъ индѣйцевъ, сидя верхомъ на коняхъ, съ гикомъ мчались по степи, загоняя въ боксы отборный табунъ. Митя подошелъ къ изгороди и принялся наблюдать, что будетъ дальше. Подошелъ и хозяинъ завода. Пригнавъ лошадей, индѣйцы загнали каждую изъ нихъ въ особый боксъ. Очутившись въ тѣсномъ пространствѣ, лошади видѣли сквозь рѣдкія бревна изгороди гладкую прерію и употребляли всевозможныя попытки, чтобы вырваться на волю. Однѣ пытались перескочить изгородь, подымались на дыбы и били передними копытами по звонкимъ бревнамъ, другія просовывали головы между жердями или бились объ изгородь, стараясь повалить ее. Вотъ въ каждый боксъ вошло по два конюха. Они словили отчаянно метавшееся животное съ помощью лассо и крѣпко привязывали его къ столбу. Кони бились и лягались, стараясь сорваться съ привязи, храпѣли, но въ концѣ концовъ успокаивались и стояли, дрожа всѣмъ тѣломъ, покрытыя пѣной и п о томъ. Послѣ того, какъ животныя нѣсколько успокоились, конюхи постарались накинуть имъ на головы черные платки, что удавалось не безъ труда. Едва дрожащая или бѣснующаяся лошадь лишалась такимъ образомъ зрѣнія, какъ одинъ конюхъ накидывалъ ей на заднюю ногу петлю и обвязывалъ другимъ концомъ шею, такъ что лошадь не могла уже лягаться. Послѣ этого все еще сопротивляющееся животное внуздывали и сѣдлали. Эта операція удавалась тоже не сразу.