-- Да не безпокойтесь, Константинъ Ивановичъ, все кончится хорошо, -- отвѣтилъ Митя серьезнымъ голосомъ.
-- Что, онъ валяется?-- спросилъ Митя вахмистра, подразумѣвая подъ этимъ манеру нѣкоторыхъ лошадей кататься по землѣ съ цѣлью избавиться отъ всадника.
-- Такъ точно, ваше благородіе!-- отвѣтилъ тотъ.
Митя взялъ изъ рукъ вахмистра поводья и внимательно посмотрѣлъ на "Красавчика", который слегка перегнулъ шею и злобно таращилъ на Митю свои глаза. Мгновенье спустя Митя уже сидѣлъ на немъ верхомъ.
"Красавчикъ" сперва потоптался, задирая назадъ голову, затѣмъ внезапно пригнулъ ее къ землѣ, уперся передними ногами и такъ лягнулъ задними, что казалось, будь всадникъ привязанъ къ нему ремнями, онъ долженъ былъ бы сорваться съ мѣста и полетѣть черезъ голову лошади. Но Митя хорошо зналъ эти штуки. Не имѣя для упора ногъ стремянъ, онъ во время маневра упирался ими въ переднія ноги коня, гдѣ они переходятъ въ плечо. "Красавчикъ" продѣлалъ эту штуку нѣсколько разъ, но безуспѣшно -- Митя, какъ ни въ чемъ не бывало, оставался въ "сѣдлѣ". Тогда лошадь, словно у нея былъ опредѣленный планъ, попыталась сбросить всадника другимъ маневромъ. Она подымалась высоко на дыбы, махая передними копытами въ воздухѣ, такъ что, казалось, еще мгновенье, и конь перекинется назадъ и раздавитъ всадника, а затѣмъ внезапно становилась на переднія ноги и лягала задними. Но и этимъ нельзя было провести Митю.
-- Браво! браво!-- раздалось въ кучкѣ офицеровъ. Мужики стояли, разинувъ ротъ, и нѣкоторые безсознательно подражали движеніямъ Мити, который хладнокровно слѣдилъ за лошадью, то натягивая, то ослабляя поводья. Наконгцъ "Красавчикъ" прибѣгнулъ къ способу, который считалъ въ своей лошадиной практикѣ самымъ вѣрнымъ: онъ сталъ валяться. Но при первомъ же движеніи его въ этомъ смыслѣ, Митя уже соскочилъ съ него и стоялъ возлѣ, стараясь не запутать поводья. "Красавчикъ" съ храпомъ поднимался и, когда оказывался на четырехъ ногахъ, Митя по прежнему сидѣлъ на немъ, проучивая его послѣ каждой продѣлки шпорами и натягиваніемъ поводьевъ. Тогда "Красавчикъ" сталъ пятиться бокомъ съ цѣлью придавить Митю къ стѣнѣ конюшни, но и этотъ маневръ не удавался: Митя либо отвлекалъ коня отъ его намѣренія, натягивая изо всей силы поводья и вонзая въ бока его шпоры, либо во время соскакивалъ и быстро вскакивалъ снова. Возня эта длилась уже съ полчаса. "Красавчикъ" храпѣлъ и сталъ покрываться пѣной, клочья которой летѣли съ мундштука, какъ хлопья снѣга. Но конь не сдавался, точно имѣлъ въ запасѣ еще одну штуку, для выполненія которой какъ бы хотѣлъ отвлечь вниманіе всадника. Дѣйствительно, исчерпавъ всѣ фокусы, "Красавчикъ" началъ носиться по двору, плясать, пятиться, метаться вправо, влѣво, и внезапно, повернувшись .на заднихъ ногахъ, какъ юла, кинулся къ высокому забору.
Не успѣли зрители ахнуть, какъ раздался сухой трескъ, полетѣла на землю жердь, а "Красавчикъ" несся по ту сторону забора по направленію къ пруду. Но вмѣстѣ съ нимъ на его спинѣ несся и Митя, который какъ бы по инстинкту угадывалъ каждое движеніе коня и все время былъ наготовѣ. Послѣдней штукой "Красавчика" было то, что онъ влѣзъ въ прудъ вмѣстѣ со всадникомъ по самую шею. Но здѣсь онъ сдался -- должно быть холодное купанье успокоило его нервы, и Митя, какъ ни въ чемъ не бывало, вернулся на немъ по дорогѣ на дворъ.
Здѣсь офицеры и гости, особенно молодые, съ восхищеніемъ поздравляли Митю, съ котораго грязная вода пруда лилась потоками. Офицеръ-наѣздникъ тоже поздравилъ Митю, но съ такимъ злымъ лицомъ, что всѣ поняли, какую досаду чувствовалъ этотъ господинъ.
-- Какъ жаль, Дмитрій Николаевичъ, что мы не бились объ закладъ!-- сказалъ одинъ офицеръ.
-- Я хотѣлъ предложить, да неловко показалось ставить противъ васъ, -- сказалъ другой, -- и хорошо сдѣлалъ, проигралъ бы.-- Офицеры и гости направились въ домъ и повели Митю.