"Онъ или не онъ?" -- недоумѣвалъ Ванъ, глядя на молодого товарища судьи.
И тотъ взглянулъ на Вана, и на его лицѣ выразилось удивленіе. Молодой мандаринъ потихоньку сдѣлалъ Вану знакъ рукой, Ванъ отвѣтилъ такимъ-же знакомъ. Сомнѣнія больше не могло быть. Возлѣ судьи сидѣлъ сверстникъ Вана. Съ нимъ Ванъ учился вмѣстѣ, когда жилъ у мѣнялы. Онъ удачно выдержалъ второй экзаменъ и получилъ мѣсто.
Молодой мандаринъ нагнулся къ судьѣ и сталъ шептать ему что-то, указывая глазами на Вана. Судья покрутилъ головою, какъ-бы отказывая въ просьбѣ, но молодой чиновникъ не угомонился, настаивалъ...
Наконецъ, судья обратился къ Вану:
-- Ты учился?
Ванъ сдѣлалъ "коту" и отвѣтилъ:
-- Я благоухалъ книги твоей справедливости и сдалъ экзаменъ на "генія въ почкѣ".
-- Прочти-ка, что здѣсь написано?
Ванъ взялъ изъ рукъ судьи тонкую бумажку. Знаки были знакомые; онъ сталъ читать вслухъ. Это было донесеніе властей изъ Шань-дуня, родной провинціи Вана. Мѣстныя власти свидѣтельствовали, что Ванъ, молодой человѣкъ 22 лѣтъ, пропавшій безъ вѣсти 5 лѣтъ тому назадъ, дѣйствительно, единственный сынъ престарѣлаго отца, почтеннаго поселянина...
-- Довольно,-- сказалъ судья.-- Но тебя взяли вмѣстѣ съ "большими ножами" ночью, во время грабежа?