— Покажите, где у вас стоят баки с водой!
Баки оказались на месте, в каждом цехе. Вода в них кипяченая. На железных цепочках висели чистые кружки.
— А ну, покажи расчетную книжку, — обратился Куйбышев к крикуну.
В книжке были отметки о сплошных прогулах за последний месяц, и потому зарплата не начислялась.
Для Куйбышева стало ясно, что на заводе неблагополучно. Он пошел в заводской партийный комитет. Там выяснилось, что на заводе среди рабочих ведется антисоветская агитация, распространяются клеветнические листовки, на собраниях иногда бывали явно контрреволюционные выступления, два заядлых злобных крикуна оказались бывшими белогвардейцами.
Куйбышев решил в тот же день провести общезаводской митинг.
Поздно вечером несколько тысяч рабочих собралось под открытым небом на заводском дворе. Не успел Валериан Владимирович подняться на небольшую, наспех сколоченную дощатую трибуну, как ему передали десятка два записок, заранее, видимо, заготовленных и написанных для маскировки печатными буквами. По содержанию записки были антисоветские, со злобными выпадами против партии.
Куйбышев начал с того, что прочитал эти записки вслух, разоблачая и опровергая их клеветническое содержание. Затем он говорил о величии и значении социалистического строительства, об огромной роли в нем рабочих-металлургов, о больших достижениях советской промышленности.
Вдруг потухло повсюду электричество — и в заводских корпусах и на заводском дворе, где шел митинг: явная попытка сорвать собрание. И уже в полной темноте Куйбышев бросал с трибуны гневные слова о бессильной злобе классовых врагов, о необходимости беспощадной борьбы с ними, говорил о несомненной победе социализма, несмотря на все трудности. Он призывал рабочих напрячь трудовые усилия, сплотиться вокруг Коммунистической партии. Кто-то стал жечь жгуты из бумаги, и при свете этих импровизированных факелов Валериан Владимирович закончил речь.
Вслед за ним на трибуну взбирались рабочие. Они заверяли его в своей полной готовности с еще большим трудовым подъемом работать, быть бдительными и беспощадными к классовым врагам.