-- Значит, по-твоему, выходит, что староста не поверил твоим словам? В город собрался ехать?
Никита еще раз чихнул.
-- Вот видишь! -- вновь изумился он. -- А я ведь опять загадал. И опять чихнул. Не хотел чихать, крепился. И все-таки чихнул. Значит, не поверил мне Гаврила Терентьич... Не поверил! -- Старик сокрушенно покачал головой.
-- Да это ты от табаку чихнул, -- перебил кузнец бродягу. -- Табак у меня крепкий.
-- А почему же я не чихал, пока не загадал? А как загадал, так сразу и чихнул. А ну-ка, скажи?
-- Не знаю, -- признался кузнец.
Опять оба задумались. Долго молчали. Потом кузнец не торопясь поднялся с лавки. Еще раз тяжело вздохнул. И тихо молвил:
-- Что же делать-то, Никита?
Бродяга лукаво усмехнулся:
-- Ты ничего не надумал? А я надумал, Василий Мартьяныч. Надумал!