Размахивая руками, Сеня яростно крикнул:
-- А ежели мне уж нечего тащить, кроме рубахи, в которой всех нас мать родила! -- Он рванул правой рукой левый рукав своей потрепанной шинельки: -- Вот она... последняя одежонка... Понял?
-- Ребятишек тащи в заклад! -- крикнул из кути пастух.
В избе раздался негромкий взрыв хохота.
Сеня обвел удивленными глазами мужиков и, поняв, что им не хочется бередить свои раны, сел на лавку и заговорил уже тихо, с раздумьем:
-- Нет, в самом деле, братаны... Шутки шутками... а ведь у меня скоро ребятишки начнут дохнуть с голоду... Истинный бог!..
Мужики сразу посуровели. Смотрели в пол. Курили. Тихо роняли слова:
-- Не для тебя одного подходит такая пора...
-- Всем тошно... окромя богачей...
-- Все мы у них в долгу, как в шелку.