А он не мог справиться со своим волнением. Не знал, что отвечать мужикам. Снял картуз, вертел его в руках. Крякал. Но слов не было. Кое-как успокоился и начал:
-- Конечно... ладно вы надумали... Ведь обчеством поставлен я... и начальством... Слыхал и я от баб про царя... слыхал!.. Ну, только так располагаю я, братаны... брехня все это... Мыслимое ли это дело... чтобы люди остались без царя?.. Сами посудите! Спокон веков заведено... Ну, куда мы тогда?.. Как будем жить без царя?
Молчали мужики, пораженные речью старосты. Задерживали дыхание, чтобы не пропустить ни единого слова. Во дворе, обнесенном высоким тесовым забором, стояла тишина. Слышно было, как где-то сзади толпы шуршали крыльями куры, купаясь в пыли. На задах Валежникова двора тоскливо мычал теленок. А с улицы доносился бабий крик:
-- Ванька, Ванька, чтоб тебе!.. Иди домой, постреленок!
Оправившийся от смущения староста говорил уже с ухмылочкой:
-- Так я располагаю, братаны... Далеко волость... И мы от волости далеко... Ну, все же, поди, дали бы знать мне...
Староста развел руками.
-- Но только ничего в доскональности мне неизвестно... про падение царя... хоть и староста я...
Старик Гуков поддержал старосту:
-- Вестимо, бабы набрехали... а солдаты мутят...