Онъ окинулъ ихъ взглядомъ, словно пересчитывая, сколько ихъ собралось тутъ, и они сейчасъ же трепетно склонили сердца и головы передъ властью его мыслей и взгляда, всегда поражавшей ихъ въ немъ -- ихъ вождѣ. Но ни одинъ изъ нихъ не подумалъ что они предавали его ища и желая найти возвѣщеннаго имъ учителя.
Одинъ Іиско понималъ это. Слова Пьеттара жгли его -- они хотятъ найти учителя, они всѣ согласились просить его господствовать надъ ними.
Навѣрное никогда раньше они не думали и не говорили объ учителѣ или о томъ, что проповѣдывалъ Іиско, не посовѣтовавшись сначала съ нимъ самимъ. Правда, теперь они тоже пришли къ нему, но не за тѣмъ, чтобы сообщить о томъ, что они обдумали сообща, а только за тѣмъ, чтобы узнать, гдѣ находится учитель.
Этотъ вопросъ много дней угнеталъ ихъ, какъ тяжкое бремя. Теперь онъ вырвался наружу, и вотъ -- они хотятъ покинуть его, чтобы просить учителя господствовать надъ ними.
Слова Библіи вдругъ ясно вспомнились Іиско.
Давнымъ-давно -- онъ уже не помнилъ, сколько лѣтъ назадъ -- читалъ онъ эти слова и удивлялся имъ. Онъ разбиралъ ихъ по складамъ. еще и еще, не понимая ихъ значенія. Онъ искалъ въ нихъ, какъ и во всемъ, только обѣщанія для народа -- мысли, могущей укрѣпить его собственное величіе. И не находилъ отвѣта. Въ Библіи, положимъ, было много и другихъ словъ, значенія которыхъ онъ тщетно доискивался. Но теперь вдругъ все стало ему ясно. Слова были написаны для той минуты, которую онъ переживалъ сейчасъ.
-- Вы ищете учителя. Кто велѣлъ вамъ искать его? Вы не знаете, гдѣ онъ, и думаете, что онъ ушелъ отъ васъ. Конечно, онъ ушелъ отъ васъ изъ-за вашихъ глупыхъ мыслей и изъ-за вашего грѣшнаго желанія просить его господствовать надъ вами. Не вамъ помышлять объ этомъ, и, прочитавъ ваши мысли и зная, что вы хотите привести ихъ въ исполненіе, онъ ушелъ, какъ сказано въ Писаніи, что онъ долженъ уйти.
-- Узнавъ, что они хотятъ провозгласить его царемъ, онъ снова удалился -- совсѣмъ одинъ.
Ученики безмолвно смотрѣли на него. Они не знали Писанія, и проповѣди Іиско были для нихъ само Писаніе -- непогрѣшимое и неоспоримое.
Такъ, значитъ,-- думали они про себя,-- учитель ушелъ отъ нихъ оттого, что они хотѣли попросить его господствовать надъ ними. Они не отдавали себѣ отчета, учитель ли видѣлъ ихъ мысли, или же Іиско узналъ о нихъ. Но словъ Іиско было достаточно. Они поразили ихъ, какъ приговоръ, противъ котораго никто не смѣлъ возвысить голосъ, и все ихъ единодушіе разсѣялось, какъ дымъ.