Туэмми опять заплакалъ.
По внезапному молчанію, наступившему вслѣдъ за словами Іиско, Антарисъ понялъ, что разочарованіе, испытываемое имъ, охватило и остальныхъ.
Кейра смотрѣлъ въ глаза Пьеттару и ждалъ, окажетъ ли онъ что-нибудь еще.
Но Риме, успѣвшій уже забытъ все прочее изъ-за недоумѣнія объ исчезнувшихъ лодкахъ, обернулся къ озеру и замѣтилъ, что теперь исчезъ и Туде, а съ нимъ и его лодка.
Онъ поспѣшно побѣжалъ къ берету. Туде не было видно. Онъ еще разъ внимательно пересчиталъ лодки. Лодки Туде не было. Тогда онъ подумалъ, что Туде, можетъ быть, завернулъ за сосѣдній мысъ на западѣ -- онъ зналъ, что тѣ лодки уѣхали въ этомъ направленіи -- и побѣжалъ по берегу, чтобы посмотрѣть съ мыса. Оттуда, вдалекѣ, онъ увидѣлъ лодку. Должно быть, это Туде.
Риме не могъ сообразитъ, чего онъ лишился съ исчезновеніемъ Туде и другихъ лодокъ, но чувствовалъ, что долженъ поѣхать за ними, чтобы получить отвѣтъ. Не только на то, куда они поѣхали, хотя въ ту минуту это желаніе поглощало все остальное,-- но и на тотъ вопросъ, котораго онъ не могъ высказать одинъ и на который еще менѣе того могъ отвѣтить. Вопросъ этотъ -- гдѣ находится учитель. и какъ имъ попросить его господствовать надъ ними -- еще недавно объединялъ ихъ всѣхъ, но слова, выражавшія его, уже вылетѣли изъ памяти Риме.
Нѣкоторое время онъ простоялъ на мысѣ, и лодка Туде постепенно исчезала съ его глазъ.
Риме не слышалъ голосокъ людей, только что оставленныхъ имъ на берегу. Впрочемъ, онъ и не думалъ о нихъ, а стоялъ изъ потребности побыть одному, подойти, котя бы на крошечный кусочекъ ближе остальныхъ, къ тому мѣсту, куда направились лодки.
Когда совсѣмъ стемнѣло, рѣшеніе его сложилось. Твердыми шагами онъ возвратился къ избѣ. Тамъ было совсѣмъ тихо. Онъ увидѣлъ только Кейру, раздувавшаго огонь въ очагѣ, и почувствовалъ въ темнотѣ, что у стѣны, ближе къ двери, сидитъ еще кто-то.
Онъ подошелъ къ своей постели. Тамъ у него лежала старая медвѣжья шкура,-- на которой онъ спалъ. У остальныхъ были только оленьи шкуры, и потому эта медвѣжья шкура составляла гордость Риме. Куда оы онъ ни поѣхалъ, онъ нл за что не разстался бы съ ней. Сунувъ за пазуху иглу для сѣтей и пару ножей, онъ вскинулъ на спину медвѣжью шкуру и пошелъ.