И оба сразу почувствовали, что настаетъ день, и что имъ тоже надо ѣхать.
Почему -- отъ страха ли, отъ медвѣдя ли, сторожившаго Кейру, отъ голода ли, терзавшаго Туэмми, или же для того, чтобы найти учителя -- объ этомъ они не думали. Они просто должны были уѣхать.
Собравъ, что нашли изъ своего имущества, они захватили съ собой рыбы и отправились на берегъ.
Ласка, на разсвѣтѣ выползавшая изъ-подъ полу красть рыбу, не увидѣла въ этотъ день въ избѣ ни одного человѣка и не нашла рыбы.
XIX.
Панна глухой лопарь съ сѣвернаго берега -- приготовился къ субботѣ.
Было уже почти утро, а ему предстояло проѣхать порядочное разстояніе до острова. Сѣти его были развѣшаны, рыба послѣдняго улова посолена, и, отъѣзжая отъ своей юрты, онъ думалъ о чудесахъ прошедшей субботы.
О томъ, какъ онъ тогда пріѣхалъ и запоздалъ -- что онъ слышалъ отъ Яоны, и какъ потомъ явился самъ учитель -- шествуя по іводѣ.
Лопаръ съ сѣвернаго берега любилъ бесѣдовать съ собой мысленно и жестами. Другіе люди могли бесѣдовать и не только съ самими собой -- для него же это было недоступно. Глухота лишала его возможности слышать отвѣты другихъ, а его самого дѣлала одинокимъ. Потому то онъ и жилъ отшельникомъ, въ сторонѣ отъ людей.
Картина появленія учителя четко рисовалась въ его памяти. Стоя въ лодкѣ и отталкиваясь весломъ отъ своего берега, онъ чувствовалъ себя такимъ великимъ и превознесеннымъ въ своемъ одиночествѣ -- вѣдь онъ видѣлъ самъ, какъ пришелъ учитель -- и шевелилъ протянутой рукой, словно готовясь полетѣть -- словно позабывъ, что у него подъ ногами дно лодки, и воображая, что онъ тоже можетъ ходить по водѣ.